НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД                  

 

 АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН                 

НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека                

www.echr.coe.int                

 

в разделе HUDOC               

 

 

 

 

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

 

 

 

ДЕЛО «АЛИХОНОВ против РОССИИ»

 

(Жалоба № 35692/11)

 

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 

г. СТРАСБУРГ

 

31 июля 2012 г.

 

Вступило в силу 31 октября 2012 г.

 

Настоящее постановление вступило в силу в порядке, установленном в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Может быть подвергнуто редакционной правке.

 

 

По делу «Алихонов против России»

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:

Нина Вайич, Председатель,
       Анатолий Ковлер,
       Ханлар Гаджиев,
       Мирьяна Лазарова Трайковска,
       Джулия Лаффранк,
       Линос-Александр Сицильянос,
       Эрик Мозе, судьи,
 а также Сорен Нильсен, Секретарь Секции,

проведя 10 июля 2012 г. заседание по делу за закрытыми дверями,

вынес следующее постановление, утвержденное в вышеназванный день:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой (№ 35692/11) против Российской Федерации, поступившей в Суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — «Конвенция») от гражданина Республики Узбекистан Алихонова Эбодуллы Тангириевича (далее — «заявитель»). 13 июня 2011 г. заявитель подал жалобу на нарушение статьи 3 Конвенции в связи с его экстрадицией в Узбекистан. 29 июня 2011 г. он представил формуляр жалобы, в котором также пожаловался на нарушение статьи 5 Конвенции в связи с содержанием его под стражей с целью экстрадиции и на нарушение статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективного средства правовой защиты в отношении его жалоб на нарушение статьи 3 Конвенции.

2. Интересы заявителя представляли Н. Ермолаева и Е. Рябинина, адвокаты, практикующие в г. Москве. Интересы Властей Российской Федерации (далее — «Власти») представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3. 15 июня 2011 г. по ходатайству заявителя от 14 июня 2011 г. Председатель Первой Секции принял решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке в соответствии с правилом 41 Регламента Суда, указав при этом Властям в соответствии с правилом 39 Регламента Суда, что они не должны экстрадировать заявителя в Узбекистан до получения дальнейших указаний.

4. 31 августа 2011 г. жалоба была направлена Властям. Также Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса о ее приемлемости (пункт 1 статьи 29).

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель, 1972 года рождения, проживает в г. Артемовском Свердловской области.

А. Производство по делу об экстрадиции и содержание заявителя под стражей

 6. В июле 2009 г. заявитель прибыл из Узбекистана в Российскую Федерацию.

 7. 22 февраля 2010 г. Следственным Управлением УВД Кашкадарьинской области Республики Узбекистан заявителю было предъявлено обвинение in absentia в участии в экстремистской религиозной организации и вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Заявитель был объявлен в розыск.

8. 29 октября 2010 г. российские органы власти произвели задержание заявителя, о чем был извещен посол Республики Узбекистан в Российской Федерации. Узбекские органы власти подтвердили свой запрос об экстрадиции заявителя.

 9. 30 октября 2010 г. городской прокурор вынес постановление о заключении заявителя под стражу до экстрадиции. В частности, прокурор указал следующее:

«Преступление [в совершении которого обвиняется заявитель], предусмотренное частью 1 статьи 244-2 Уголовного кодекса Республики Узбекистан, входит в состав особо тяжких, ... влечет за собой наказание в виде лишения свободы. В Российской Федерации аналогичное преступление квалифицируется в соответствии с частью 2 статьи 282.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как участие в экстремистском сообществе, и предусматривает в качестве одного из наказаний, inter alia, лишение свободы на срок до двух лет.

[Заявитель] является гражданином иностранного государства, по вопросам приобретения [гражданства Российской Федерации] не обращался. Уголовное преследование в отношении него в Российской Федерации не осуществляется. Он объявлен в международный розыск. Разыскивается государством-участником Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. за совершение преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года

В соответствии со статьей 463 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [заявитель] может быть выдан правоохранительным органам Республики Узбекистан для осуществления уголовного преследования.

В целях обеспечения возможности выдачи [заявителя] органам власти Республики Узбекистан необходимо заключить его под стражу в соответствии с определением суда г. Карши Кашкадарьинской области Республики Узбекистан».

10. 8 декабря 2010 г. городской прокурор вынес еще одно постановление о заключении заявителя под стражу с целью экстрадиции: в нем дословно повторялись основания, приведенные в его предыдущем постановлении от 30 октября 2010 г.

11. 10 декабря 2010 г. городской прокурор обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания заявителя под стражей с целью экстрадиции до 30 апреля 2011 г.; 17  декабря 2010 г. Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга вынес постановление о продлении срока содержания заявителя под стражей до 29 апреля 2011 г. В частности, суд привел следующие основания:

«Принимая во внимание характер правонарушения, в совершении которого обвиняется [заявитель], и общественную опасность, которую оно представляет, суд полагает что... доводы прокурора обоснованны поскольку [заявитель] обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое Уголовным кодексом Республики Узбекистан предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от пяти до пятнадцати лет, он объявлен в розыск, [и] является гражданином иностранного государства. С учетом указанных обстоятельств суд считает, что [заявитель], находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться...

По-прежнему не изменились и не отпали основания, по которым [решением органов власти] в отношении заявителя была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Суд не усматривает обстоятельств, включая состояние здоровья заявителя, препятствующих его содержанию под стражей».

12. 20 декабря 2010 г. адвокат заявителя подал кассационную жалобу на постановление от 17 декабря 2010 г., в которой утверждалось об отсутствии оснований для экстрадиции заявителя, и что заявитель подлежит освобождению. В первый раз судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы было назначено на 21 января 2011 г.

13. 21 января 2011 г. областной суд установил, что (1) заявитель не был извещен о своем праве на участие в рассмотрении кассационной жалобы, что (2) другие участники процесса не были извещены о поданной кассационной жалобе, и что (3) постановление суда не было переведено на узбекский язык. Областной суд отложил судебное заседание и направил материалы дела в районный суд в целях устранения отмеченных процессуальных нарушений. Новое судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы было назначено на 2 марта 2011 г.

14. 18 февраля 2011 г. заместитель Генерального прокурора Российской Федерации удовлетворил запрос органов власти Республики Узбекистан и вынес постановление об экстрадиции заявителя в Узбекистан. Заявитель обжаловал это постановление.

15. 2 марта 2011 г. областной суд счел необходимым истребовать дополнительные материалы, необходимые для рассмотрения кассационной жалобы, отложил судебное заседание и назначил новое заседание на 4 марта 2011 г.

16. 4 марта 2011 г. Свердловский областной суд, рассмотрев кассационную жалобу, оставил постановление о продлении срока содержания заявителя под стражей от 17 декабря 2010 г. без изменений.

17. 7 апреля 2011 г. областной суд оставил постановление прокурора от 18 февраля 2011 г. без изменений. Заявитель обжаловал это решение.

18. 30 апреля 2011 г. заявитель был освобожден из-под стражи в связи с истечением предельного установленного законом срока содержания под стражей.

19. 20 июня 2011 г. Верховный Суд Российской Федерации отменил определение от 7 апреля 2011 г. и направил дело на новое рассмотрение.

20. 2 августа 2011 г. областной суд отменил постановление от 18 февраля 2011 г. В частности, суд отметил следующее:

«... Генеральная прокуратура Республики Узбекистан гарантирует, что уголовное преследование в отношении [заявителя] будет осуществляться в строгом соответствии с законодательством.

Однако из представленных стороной защиты документов ООН и различных неправительственных организаций, а также из постановлений Европейского Суда по правам человека следует, что в Республике Узбекистан обвиняемые и осужденные часто подвергаются жестокому обращению; нередки случаи применения пыток и насилия.

В ряде своих постановлений Европейский Суд по правам человека признал, что сам факт содержания лица под стражей в этой стране подвергает его риску жестокого обращения.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд делает вывод, что постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 18 февраля 2011 г. о выдаче [заявителя] правоохранительным органам Республики Узбекистан... является незаконным и подлежит отмене».

21. 29 сентября 2011 г. Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу, оставил определение от 2 августа 2011 г. без изменений.

Б. Ходатайство о предоставлении политического убежища

22. 30 декабря 2010 г. заявитель подал ходатайство о предоставлении политического убежища на территории Российской Федерации. 14 февраля 2011 г. он был допрошен сотрудниками областной миграционной службы.

23. 15 марта 2011 г. областное Управление Федеральной Миграционной Службы отклонило его ходатайство, отметив, что заявитель «использует процедуру получения политического убежища для того, чтобы избежать уголовной ответственности за преступление, совершенное им... в Узбекистане». Заявитель обжаловал это решение.

24. 25 мая 2011 г. Федеральная миграционная служба оставила решение от 15 марта 2011 г. без изменений. Заявитель обжаловал решение Федеральной миграционной службы в суд.

25. 13 октября 2011 г. Басманный районный суд г. Москвы признал решение от 25 мая 2011 г. законным. 6 февраля 2012 г. Московский городской суд, рассмотрев кассационную жалобу, оставил решение от 13 октября 2011 г. без изменений.

26. 20 февраля 2011 г. заявитель подал ходатайство о предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации. По утверждению заявителя, рассмотрение его ходатайства еще продолжается.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ И НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

А. Конституция Российской Федерации

27. Конституция гарантирует право на свободу (статья 22):

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов».

Б. Европейская конвенция о выдаче

 28. Статья 16 Европейской конвенции о выдаче от 13 декабря 1957 г. (СДСЕ № 024), участником которой является Российская Федерация, предусматривает следующее:

«1. В случае, не терпящем отлагательства, компетентные органы запрашивающей Стороны могут обратиться с просьбой о временном задержании разыскиваемого лица. Компетентные органы запрашиваемой Стороны принимают решение по данному вопросу в соответствии с ее законом.

...

4. Временное задержание может быть отменено, если в течение 18 дней после задержания запрашиваемая Сторона не получила запрос о выдаче и документы, упомянутые в Статье 12. В любом случае этот период не превышает 40 дней с даты такого задержания. Возможность временного освобождения в любое время не исключается, однако запрашиваемая Сторона принимает любые меры, которые она считает необходимыми, для предотвращения побега разыскиваемого лица».

В. Минская конвенция 1993 г.

29. Конвенция СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минская конвенция 1993 г.), участниками которой являются Российская Федерация и Республика Узбекистан, предусматривает, что к запросу о выдаче должно быть приложено постановление о заключении под стражу (часть 2 статьи 58).

30. Лицо, выдача которого требуется, может быть заключено под стражу и до получения запроса о выдаче. В таких случаях должно быть направлено специальное ходатайство о заключении под стражу, в котором должна содержаться ссылка на постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и указание на то, что запрос о выдаче будет представлен дополнительно. Лицо может быть задержано и без такого ходатайства, если имеются основания полагать, что оно совершило на территории другой Договаривающейся Стороны преступление, влекущее выдачу. О задержании необходимо незамедлительно уведомить другую Договаривающуюся Сторону (статья 61).

31. Лицо, заключенное под стражу согласно статье 61, должно быть освобождено, если запрос о выдаче не поступит в течение сорока дней со дня заключения под стражу (часть 1 статьи 62).

Г. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (далее — «УПК РФ»)

32. Глава 13 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации («Меры пресечения») регламентирует применение мер пресечения, в том числе, заключение под стражу. Мера пресечения в виде заключения под стражу назначается по судебному решению на основании ходатайства следователя или прокурора в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не менее двух лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения (части 1 и 3 статьи 108). Содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать двух месяцев (часть 1 статьи 109). Этот срок может быть продлен судьей на срок до шести месяцев (часть 2 статьи 109). Дальнейшее продление срока содержания под стражей до двенадцати или, в исключительных случаях, до восемнадцати месяцев может быть осуществлено только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений (часть 3 статьи 109). Продление срока содержания под стражей на срок свыше восемнадцати месяцев не допускается, а лицо, содержащееся под стражей, подлежит немедленному освобождению (часть 4 статьи 109).

33. Глава 16 («Обжалование действий и решений суда и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство») предусматривает судебный контроль за решениями и действиями или бездействием следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства (часть 1 статьи 125). Суд должен рассмотреть жалобу в течение пяти суток со дня ее поступления.

34. Глава 54 («Выдача лица для уголовного преследования или исполнения приговора») регламентирует порядок выдачи. При получении запроса о выдаче, к которому не прилагается постановление о заключении под стражу, вынесенное судом иностранного государства, прокурор должен решить вопрос о необходимости избрания меры пресечения лицу, в отношении которого поступил запрос о выдаче. Такая мера должна применяться в соответствии с установленным порядком (часть 1 статьи 466). Лицо, которому предоставлено убежище на территории Российской Федерации в связи с возможностью преследований по политическим убеждениям в государстве, требующем его выдачи, не может быть выдано этому государству (пункт 2 части 1 статьи 464).

35. Постановление Генерального прокурора Российской Федерации о выдаче может быть обжаловано в суд. В ходе судебного рассмотрения суд не обсуждает вопросы виновности или невиновности, ограничиваясь проверкой соответствия постановления о выдаче порядку, изложенному в соответствующем международном и национальном законодательстве (части 1 и 6 статьи 463).

Д. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 22 от 29 октября 2009 г.

36. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 22 от 29 октября 2009 г. (далее — «постановление от 29 октября 2009 г.») отмечено, что, в соответствии с частью 1 статьи 466 УПК РФ применение меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу, в отношении которого решается вопрос о выдаче, если не представлено решение судебного органа государства, запрашивающего выдачу, об избрании в отношении данного лица меры пресечения в виде заключения под стражу, допускается лишь по судебному постановлению, принятому на основании ходатайства прокурора в порядке, предусмотренном статьей 108 УПК РФ. Принимая решение о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, судье надлежит проверить фактические и правовые основания для избрания такой меры пресечения.. Если к запросу о выдаче прилагается решение судебного органа иностранного государства о заключении такого лица под стражу, то прокурор в соответствии с частью 2 статьи 466 УПК РФ вправе заключить его под стражу без подтверждения судом указанного решения на срок, не превышающий 2 месяца (часть 1 статьи 109 УПК РФ). Решение прокурора может быть обжаловано в суд в соответствии со статьей 125 УПК РФ. Продлевая срок содержания лица под стражей с целью экстрадиции, суду необходимо руководствоваться положениями статьи 109 УПК РФ.

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЕЙ 3 И 13 КОНВЕНЦИИ

 37. Заявитель утверждал в своем меморандуме, что он не желает настаивать на своих жалобах на нарушения статей 3 и 13 Конвенции, обусловленные опасностью того, что в случае его экстрадиции в Узбекистан он будет подвергнут пыткам и жестокому обращению.

38. Сославшись на отмену постановления заместителя Генерального прокурора определением Свердловского областного суда от 2 августа 2011 г., оставленным Верховным Судом Российской Федерации без изменений после рассмотрения кассационной жалобы 29 сентября 2011 г., Власти сочли, что заявитель больше не может считаться жертвой обжалуемого нарушения.

39. Суд признает, что в данных обстоятельствах заявитель более не намерен добиваться рассмотрения своей жалобы в данной части по смыслу подпункта «а» пункта 1 статьи 37 Конвенции. Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции in fine Суд приходит к выводу об отсутствии особых обстоятельств, касающихся соблюдения прав человека, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней, на основании которых было бы необходимо продолжить рассмотрение жалоб заявителя на нарушения статей 3 и 13 Конвенции.

40. Ввиду вышеизложенного следует исключить жалобу в данной части из списка подлежащих рассмотрению вопросов.

II. ПРАВИЛО 39 РЕГЛАМЕНТА СУДА

41. Суд считает, что обеспечительная мера, указанная Властям в соответствии с правилом 39 Регламента Суда (см. пункт 3 выше), подлежит отмене.

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ

42. Заявитель жаловался на то, что он был лишен свободы в нарушение гарантий, изложенных в подпункте «е» пункта 1 статьи 5 Конвенции. В частности, он утверждал, что постановления о заключении под стражу от 30 октября 2010 г., 8 декабря 2010 г. и о продлении срока содержания под стражей от 17 декабря 2010 г. были незаконными. Он также жаловался, ссылаясь на нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции, что его кассационная жалоба на постановление от 17 декабря 2010 г. была рассмотрена с запозданием, и что он не смог добиться эффективного судебного пересмотра вопроса о содержании его под стражей, срок которого был продлен 17 декабря 2010 г. Статья 5 в части, имеющей отношение к настоящему делу, гласит:

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

...

(f) законное задержание или заключение под стражу... лица, против которого предпринимаются меры по его высылке или выдаче.

...

4. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.

...»

43. Сославшись на пункт 1 статьи 35 Конвенции, Власти сочли жалобу заявителя неприемлемой. Власти также предположили, что после отмены постановления прокурора от 18 февраля 2011 г. заявитель по-прежнему имел возможность потребовать возмещения убытков, понесенных им в результате предполагаемого нарушения его прав, закрепленных в статье 5 Конвенции, но не сделал этого.

 44. Заявитель настаивал на своей жалобе. Он также указал, что Властями не поднимался вопрос о соблюдении правила шести месяцев в отношении его жалоб.

А. Приемлемость жалобы

1. Наличие у заявителя статуса жертвы нарушения и вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты

45. Поскольку можно сделать вывод, что Власти предполагают, что заявитель лишился статуса жертвы нарушения и решил не требовать выплаты компенсации за нарушение его права на свободу, Суд напоминает, что согласно статье 34 Конвенции Суд «может принимать жалобы от любого физического лица... которое утверждает, что явилось жертвой нарушения одной из Высоких Договаривающихся Сторон его прав, признанных в настоящей Конвенции или в Протоколах к ней». Именно внутригосударственные органы власти должны первыми предоставлять компенсацию в связи с любыми предполагаемыми нарушениями Конвенции. В этой связи вопрос о том, может ли заявитель считаться жертвой обжалуемого нарушения, имеет значение на всех стадиях рассмотрения жалобы Судом (см. постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России» (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, пункт 30, ECHR 2002–III).

 46. Суд также напоминает, что решения или меры, принятых в пользу заявителя, в принципе, недостаточно для того, чтобы лишить его статуса «жертвы», если только внутригосударственные органы власти не признают, прямо или по сути, факт нарушения Конвенции и затем не предоставят соответствующую компенсацию (см., например, постановления Европейского Суда по делам «Экле против Германии» (Eckle v. Germany), от 15 июля 1982 г., пункт 69 и далее, Series A № 51; «Амюур против Франции» (Amuur v. France), от 25 июня 1996 г., пункт 36, Сборник постановлений и решений1996–III; постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Далбан против Румынии» (Dalban v. Romania), жалоба № 28114/95, пункт 44, ECHR 1999–VI; и решение Европейского Суда по вопросу приемлемости жалобы № 48470/99 «Йенсен против Дании» (Jensen v. Denmark), ECHR 2001–X).

 47. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Суд отмечает, что 2 августа 2011 г. областной суд отменил постановление об экстрадиции заявителя от 18 февраля 2011 г. 29 сентября 2011 г. Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу, оставил определение от 2 августа 2011 г. без изменений. Областной суд признал постановление об экстрадиции заявителя незаконным и отменил его. Однако он ничего не упомянул о содержании заявителя под стражей с целью экстрадиции.

 48. При таких обстоятельствах Суд приходит к выводу, что российские власти ни разу не признали, по крайней мере, по сути, что содержание заявителя под стражей было незаконным или что он не смог добиться быстрого пересмотра вопроса о законности содержания его под стражей. Соответственно, заявитель не был обязан предъявлять иск о возмещении ущерба в целях получения компенсации. Таким образом, Суд считает, что заявитель по-прежнему может считаться «жертвой» нарушения статьи 5 Конвенции, и отклоняет возражение Властей.

2. Применение правила шести месяцев

49. Суд повторяет, что он не может отойти от применения правила шести месяцев только потому, что Власти не представили предварительного возражения по этому вопросу (см. постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Блечик против Хорватии» (Blečić v. Croatia), жалоба № 59532/00, пункт 68, ECHR 2006–III).

50. В этой связи Суд отмечает, что жалоба заявителя касается предполагаемой незаконности постановлений о заключении под стражу от 30 октября 2010 г. и 8 декабря 2010 г. и последующего постановления о продлении срока содержания под стражей от 17 декабря 2010 г. 4 марта 2011 г. последнее было оставлено судом кассационной инстанции без изменений.

51. Суд также отмечает, что заявитель подал свои жалобы на нарушение статьи 5 Конвенции 29 июня 2011 г. Следовательно, жалобы заявителя на постановления о заключении под стражу, вынесенные 30 октября 2010 г. и 8 декабря 2010 г., были поданы несвоевременно и подлежат отклонению в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции по причине нарушения шестимесячного срока.

52. Суд отмечает, что жалобы в части, касающейся законности содержания заявителя под стражей и пересмотра вопроса о содержании под стражей, санкционированном судебным решением от 17 декабря 2010 г., которое 4 марта 2011 г. было оставлено судом кассационной инстанции без изменений, не являются явно необоснованными по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Суд также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть признаны приемлемыми.

Б. Существо жалоб

1. Законность содержания под стражей

(а) Общие принципы

53. Прежде всего, Суд напоминает, что статья 5 Конвенции закрепляет фундаментальное право человека, а именно защиту лица от произвольного посягательства государства на его право на свободу (см. постановление Европейского Суда от 18 декабря 1996 г. по делу «Аксой против Турции» (Aksoy v. Turkey), пункт 76, Сборник постановлений и решений 1996–VI). В тексте статьи 5 ясно указано, что содержащиеся в ней гарантии применимы к «каждому» (см. постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «А. и другие против Соединенного Королевства» (A. and Others v. the United Kingdom), жалоба № 3455/05, пункт 162, ECHR 2009). Подпункты «a»–«f» пункта 1 статьи 5 Конвенции содержат исчерпывающий перечень допустимых оснований, по которым лица могут быть лишены свободы, и лишение свободы может быть законным только в том случае, если оно подпадает под одно из этих оснований (там же, пункт 163).

54. Суд также напоминает, что понятия «законный» и «в порядке, установленном законом», использующиеся в пункте 1 статьи 5 Конвенции, по сути, относятся к национальному законодательству и указывают на обязательство по соблюдению его материальных и процессуальных норм. Толковать национальное законодательство, и, в частности, нормы процессуального характера должны в первую очередь внутригосударственные органы, в частности судебные (см. постановление Европейского Суда от 10 августа 2006 г. по делу «Тошев против Болгарии» (Toshev v. Bulgaria), жалоба № 56308/00, пункт 58). Слова «в порядке, установленном законом» в пункте 1 статьи 5 Конвенции относятся не только к национальному законодательству; они также относятся к качеству этого законодательства, требуя от него соответствия концепции верховенства права, заложенной во всех статьях Конвенции (см. постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Стаффорд против Соединенного Королевства» (Stafford v. the United Kingdom), жалоба № 46295/99, пункт 63, ECHR 2002–IV). Под качеством в этом смысле понимается то, что если национальное право санкционирует лишение свободы, оно должно быть сформулировано доступно и точно, чтобы избежать риска его произвольного применения (см., среди других прецедентов, постановление Европейского Суда по делу «Дугоз против Греции» (Dougoz v. Greece), жалоба № 40907/98, пункт 55, ECHR 2001–II).

(б) Применение указанных принципов к настоящему делу

55. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Суд отмечает, что 17 декабря 2010 г. срок содержания заявителя под стражей с целью экстрадиции был продлен районным судом. Законность этого постановления неоднократно пересматривалась и подтверждалась судом кассационной инстанции.

56. Суд также отмечает, что в своем постановлении о продлении срока содержания под стражей районный суд назначил предельный срок содержания заявителя под стражей. И районный, и областной суды рассмотрели вопрос о законности такого содержания под стражей, а также различные обстоятельства, которые они сочли относящимися к этому вопросу.

57. Суд не находит оснований для несогласия с выводами внутригосударственных судов. В соответствии с частью 2 статьи 109 УПК РФ срок содержания заявителя под стражей с целью экстрадиции закончился 30 апреля 2011 г. по истечении шестимесячного срока.

58. Ни перед внутригосударственными судами, ни перед Судом заявитель не выдвинул никаких других доводов, позволяющих предположить, что содержание его под стражей осуществлялось в нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции. В подобных обстоятельствах Суд не считает, что национальные суды действовали недобросовестно, что они пренебрегли корректным применением соответствующего законодательства или что содержание заявителя под стражей в рассматриваемый период времени являлось незаконным или произвольным.

 59. Следовательно, по настоящему делу не было допущено нарушения пункта 1 статьи 5 Конвенции в отношении законности содержания заявителя под стражей в период с 17 сентября 2010 г. по 30 апреля 2011 г.

2. Проверка законности содержания под стражей

60. Суд напоминает, что пункт 4 статьи 5 Конвенции, гарантируя заключенным под стражу право на инициирование производства по оспариванию законности их заключения под стражу, также предусматривает после возбуждения такого производства право на безотлагательное вынесение судебного решения по вопросу о законности заключения под стражу и на освобождение в том случае, если содержание под стражей признано судом незаконным (см. постановление Европейского Суда по делу «Барановский против Польши» (Baranowski v. Poland), жалоба № 28358/95, пункт 68, ECHR 2000–III). Вопрос о том, было ли соблюдено право на безотлагательное вынесение судебного постановления, должен решаться с учетом обстоятельств конкретного дела (см. постановление Европейского Суда по делу «Ребок против Словении» (Rehbock v. Slovenia), жалоба № 29462/95, пункт 84, ECHR 2000–XII).

61. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Суд отмечает, что 17 декабря 2010 г. районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей с целью экстрадиции с учетом тяжести предъявленных ему обвинений и опасности совершения побега. В кассационной жалобе, поданной 20 декабря 2010 г., адвокат заявителя выразил свое несогласие с этими основаниями. По мнению Суда, это были простые вопросы, и Власти не утверждали то, что дело само по себе свидетельствовало о каких-то своих сложных особенностях.

62. Кроме того, Суд отмечает, что рассмотрение кассационной жалобы состоялось только 4 марта 2011 г., то есть спустя два месяца и тринадцать дней после ее подачи. В этой связи Суд отмечает, что в представленных ему материалах ничто не позволяет предположить, что заявитель или его адвокат каким-либо образом затягивали кассационное производство. Из этого следует, что длительность судебного процесса целиком зависела от внутригосударственных органов власти. Областной суд дважды откладывал рассмотрение кассационной жалобы из-за того, что суд первой инстанции не принял все необходимые подготовительные меры (см. пункты 13 и 15  выше). Власти не указали причин данных задержек.

63. Принимая во внимание вышеизложенное, Суд считает, что срок длительностью в два месяца и тринадцать дней не может соответствовать требованию о «безотлагательности», предусмотренному пунктом 4 статьи 5 Конвенции. Следовательно, по настоящему делу было допущено нарушение этого положения.

64. С учетом вышесказанного Суд не считает необходимым рассматривать остальные утверждения заявителя об отсутствии эффективной процедуры, посредством которой он мог бы оспорить свое содержание под стражей.

IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

65. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Ущерб

66. Заявитель требовал присудить ему 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

67. Власти не представили комментариев по данному вопросу.

68. Суд считает, что вследствие несвоевременного рассмотрения вопроса о законности содержания под стражей с целью экстрадиции заявитель должен был испытать чувство боли и страдания, которое нельзя надлежащим образом компенсировать одним лишь фактом установления нарушения. Тем не менее, заявленная им сумма представляется завышенной. Производя оценку на справедливой основе, Суд присуждает заявителю по данному основанию 3 000 евро, плюс любой налог, которым может облагаться данная сумма.

Б. Издержки и расходы

 69. Заявитель также требовал присудить ему 4 300 евро на оплату услуг по его представительству в Суде.

70. Власти не представили комментариев по данному вопросу.

71. В соответствии с прецедентной практикой Суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек только в той мере, в какой им было доказано, что такие расходы и издержки действительно имели место, были понесены по необходимости и являлись разумными с точки зрения их размера. В настоящем деле, принимая во внимание тот факт, что заявителю не удалось полностью это доказать, и учитывая полученные документы и вышеуказанные критерии, Суд считает разумным присудить ему сумму в размере 850 евро в качестве компенсации расходов, понесенных им в ходе разбирательстве в Суде.

В. Проценты за просрочку платежа

72. Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка, плюс три процента.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1. решает исключить жалобы заявителя на нарушения статей 3 и 13 Конвенции из списка вопросов, подлежащих рассмотрению;

 

2. решает отменить указание, данное Властям в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда;

 

3. объявляет жалобы в отношении законности содержания заявителя под стражей и пересмотра вопроса о законности содержания под стражей на основании судебного постановления от 17 декабря 2010 г., приемлемыми, а остальную часть жалобы неприемлемой;

 

4. постановляет, что по настоящему делу не было допущено нарушения пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с предполагаемой незаконностью содержания заявителя под стражей в период с 17 декабря 2010 г. по 30 апреля 2011 г.;

 

5. постановляет, что по настоящему делу было допущено нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с несвоевременным пересмотром вопроса о законности содержания заявителя под стражей на основании судебного постановления от 17 декабря 2010 г.;

 

6. постановляет,

(a) что в течение трех месяцев, начиная со дня вступления постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, государство-ответчик обязано выплатить заявителю нижеприведенные суммы с последующим переводом в рубли по курсу на день выплаты:

(i) 3 000 (три тысячи) евро, плюс любой налог, которым может облагаться данная сумма, в качестве компенсации морального вреда;

(ii) 850 (восемьсот пятьдесят) евро, плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с заявителя, в качестве компенсации расходов и издержек;

(б) что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации на данную сумму начисляются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка в течение периода выплаты пени плюс три процента;

 

7. отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке; уведомление о постановлении направлено в письменном виде 31 июля 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

            Сорен Нильсен                                            Нина Вайич
            Секретарь Суда                                            Председатель