НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД

 

АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН

НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека

www.echr.coe.int

 

в разделе HUDOC

 

 

 

 

 

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

 

 

 

 

 

 

ДЕЛО «Давыдов (Davydov) против России»

 

Жалоба № 16621/05

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА

 

 

СТРАСБУРГ

 

25 ноября 2010 г.

 

 

Постановление является окончательным, однако текст может быть дополнительно отредактирован.

 

По делу «Давыдов против России»

Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Комитетом в состав которого вошли:

          С.Э. Йебенс, Председатель Комитета,
          А. Ковлер,
          Дж. Николау, судьи,

          а также при участии А. Вампача, Заместителя Секретаря Секции Суда,

совещаясь за закрытыми дверями 4 ноября 2010 г.,

вынес следующее постановление, утвержденное в тот же день:

ПРОЦЕДУРА

1.  Дело было инициировано жалобой № 16621/05, поданной 12 апреля 2005 г. в Европейский Суд против Российской Федерации в соответствии со ст. 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее Конвенция) гражданином России Сергеем Александровичем Давыдовым (далее - заявитель).

2.  Власти Российской Федерации были представлены в Европейском Суде Г. Матюшкиным, Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3.  20 мая 2009 г. Председатель Первой секции Европейского Суда коммуницировал жалобу российским властям. В соответствии с Протоколом № 14 к Конвенции жалоба была передана в Комитет.

ФАКТЫ

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

4.  Заявитель, 1963 года рождения, проживает в г. Владимире.

5.  Заявитель, являющийся юристом, оказывал юридические услуги некой организации.

6.  11 января 1999 г. заявитель был задержан по подозрению в присвоении денежных средств этой организации. В тот же день возбужденное против него производство по уголовному делу было объединено с производством в отношении второго обвиняемого А. Через неделю в местной газете была опубликована статья, в которой указывалось, что заявитель присвоил денежные средства компании-работодателя.

7.  В феврале и марте 1999 г. следственные органы назначили проведение двух экспертиз, о результатах которых было сообщено заявителю и его защитнику.

8.  В период с 31 мая по 13 октября 1999 г. заявитель знакомился с материалами дела.

9.  15 ноября 1999 г. дело поступило в Центральный районный суд г. Челябинска (далее - районный суд), который назначил первое судебное заседание на 17 апреля 2000 г.

10.  10 апреля 2000 г. один из защитников заявителя направил в суд письмо об отказе представлять интересы заявителя в связи с неоплатой заявителем его услуг. В своем письме он также сообщил, что не сможет присутствовать на слушаниях в связи с запланированным отпуском. 17 апреля 2000 г. судебное слушание по делу заявителя  не состоялось в связи с неявкой защитника. Не явился он и на следующее слушание, назначенное на 4 июля 2000 г.

11.  На слушании 12 сентября 2000 г. интересы заявителя представлял новый защитник, который ходатайствовал о направлении дела прокурору для устранения недостатков, допущенных во время предварительного следствия. Определением от 19 сентября 2000 г. его ходатайство удовлетворено. Районный суд установил, что следственные органы не обеспечили заявителю возможность получать правовую помощь при изучении материалов дела, проигнорировали его просьбы о проведении дополнительной экспертизы, а также допустили определенные процессуальные нарушения.

12.  17 ноября 2000 г. заявителю было вновь предложено ознакомиться с материалами дела. В ответ на его отказ следователь сообщил, что у заявителя имеется возможность ознакомиться с материалами в срок с 27 декабря 2000 г. по 11 января 2001 г.  

13.  2 февраля 2001 г. дело было передано в суд. Предварительное слушание назначено сначала на 7 мая, а затем перенесено на 14 мая 2001 г. в связи с занятостью судьи в другом деле.

14.  14 мая 2001 г. суд вновь удовлетворил ходатайство защиты о возвращении дела прокурору. Но это постановление было отменено 16 июля 2001 г. в связи с поступившим кассационным представлением. Суду первой инстанции было поручено продолжить рассмотрение дела.

15.  Следующее слушание по делу, назначенное на 1 октября 2001 г., не состоялось в связи с тем, что обвиняемый не был доставлен в суд.

16.  8 октября 2001 г. суд разрешил заявителю ознакомиться с материалами дела до 15 октября 2001 г. С 15 октября по 1 ноября 2001 г. регулярно проводились слушания по делу.

17.  1 ноября 2001 г. суд вынес постановление об изменении меры пресечения на подписку о невыезде и освобождении заявителя из-под стражи, а также удовлетворил ходатайство защиты о возвращении дела прокурору для производства дополнительного расследования. 29 ноября 2001 г. постановление о возвращении дела прокурору было снова отменено в порядке кассации.   

18.  Следующее слушание назначено на 20 мая 2002 г. Однако суд был вынужден отложить судебное заседание по делу до 1 октября 2002 г. в связи с болезнью заявителя. С 1 октября 2002 г. по 2 апреля 2003 г. слушания по делу проводились регулярно.

19.  Приговором районного суда от 2 апреля 2003 г. заявитель оправдан. 23 июня 2003 г. на основании кассационного представления данный приговор был отменен. Суд кассационной инстанции направил дело на новое рассмотрение.

20.  11 августа 2003 г. заявитель подал ходатайство об отложении слушания по делу до его выздоровления.

21. На следующем слушании, которое состоялось 15 октября 2003 г., суд удовлетворил ходатайство заявителя о проведении судебно-бухгалтерской экспертизы, результаты которой были получены судом 17 мая 2004 г. В мае и июне 2004 г. регулярно проводились слушания по делу.

22.  25 июня 2004 г. заявитель признан виновным в пособничестве управляющему организации в злоупотреблении полномочиями и приговорен к 2 годам и 6 месяцам лишения свободы. Он был освобожден от отбытия срока наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования за совершенное преступление. Соглашаясь с предложенной прокурором переквалификацией преступления, суд отметил, что такое изменение не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту.

23.  2 июля и 20 октября 2004 г. заявитель подал в суд кассационную жалобу и дополнения к ней. 22 сентября 2004 г. он также представил свои замечания на протокол судебного заседания, которые впоследствии  были отклонены.

24.  7 февраля 2005 г. Челябинский областной суд по итогам рассмотрения жалобы оставил приговор в силе.

ПРАВО

I.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

25.  Заявитель жаловался, что длительность судебного разбирательства по его делу несовместима с требованием «разумного срока», предусмотренным п. 1 ст. 6 Конвенции. Относящееся к настоящему делу положение гласит:

«Каждый ... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на ... разбирательство дела в разумный срок ... судом...»

A.  Приемлемость

26.  Власти Российской Федерации утверждали, что в соответствии с п. 3 ст. 35 Конвенции жалоба должна быть отклонена как явно необоснованная. Детального обоснования они не представили.

27.  Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении п. 3 ст. 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой.

B.  Существо жалобы

28.  Власти Российской Федерации указали, что большая часть задержек в рассмотрении дела связана с болезнью заявителя, длительными сроками изучения материалов дела и неявкой в судебное заседание защитника.

29.  Заявитель настаивал на удовлетворении своей жалобы.

30.  Европейский Суд отметил, что судопроизводство по уголовному делу в отношении заявителя началось 11 января 1999 г. и закончилось 7 февраля 2005 г. Соответственно, общая продолжительность судопроизводства составила приблизительно шесть лет и один месяц, причем в течение этого периода времени российские суды рассматривали дело заявителя дважды в двух инстанциях.

31.  Европейский Суд вновь отмечает, что разумность срока судебного разбирательства должна рассматриваться в свете обстоятельств дела и с учетом следующих критериев: сложности дела, поведения заявителя и соответствующих органов власти (см., среди множества прочих источников, Постановление Европейского Суда по делу «Пелисье и Сасси против Франции» (Pélissier and Sassi v. France) [БП], п. 67, жалоба № 25444/94, ЕСПЧ 1999-VII).

32.  Европейский Суд считает, что дело заявителя нельзя охарактеризовать как особо сложное, поскольку оно содержало обвинение по одному пункту и в деле участвовали лишь два подсудимых.

33.  В отношении поведения заявителя Европейский Суд подтверждает, что заявитель запросил длительный период времени для изучения материалов уголовного дела, слушания дважды откладывались из-за его болезни и дважды – из-за неявки в заседание нанятого им защитника. Европейский Суд также учитывает тот факт, что заявитель трижды ходатайствовал о возвращении дела прокурору для производства дополнительного расследования, тем самым продлевая судебный процесс. Тем не менее, согласно прецедентной практике Европейского Суда, заявителю не может быть поставлено в вину то, что он в полном объеме использовал предоставленные национальным законодательством возможности для защиты своих интересов (см., mutatis mutandis[1], Постановление Европейского Суда от 8 июня 1995 г. по делу «Ягчи и Саргин против Турции» (Yağcı and Sargın v. Turkey), п. 66, Серия A № 319-A). Соответственно, совокупная задержка в десять месяцев может быть отнесена на счет заявителя.

34.  Европейский Суд выявил ряд недостатков в работе государственных органов. В трех случаях суду первой инстанции потребовалось от трех до шести месяцев для проведения первого слушания; еще семь месяцев потребовалось для рассмотрения жалобы на обвинительный приговор. Европейский Суд отмечает, что возвращение дела прокурору для производства дополнительного расследования также послужило причиной задержки судопроизводства на 4 месяца. Наконец, Европейский Суд отмечает тот факт, что судебно-бухгалтерская экспертиза проводилась судом первой инстанции в течение семи месяцев. Европейский Суд приходит к выводу, что ответственность за задержку в два года и четыре месяца лежит на органах государственной власти.

35.  Учитывая относительную простоту дела и ответственность органов государственной власти за больший период задержки, Европейский Суд считает, что длительность судебного разбирательства в отношении заявителя не соответствует требованию о рассмотрении дела «в разумный срок».

36.  Следовательно, имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции.

II.  ПРОЧИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

37.  Заявитель также жаловался на нарушения ст.ст. 3 и 5 Конвенции относительно условий и незаконности его содержания под стражей до суда; п. 1 ст. 6 Конвенции в связи с фальсификацией судом первой инстанции протоколов слушаний, неправильной трактовкой представленных доказательств, изменением квалификации преступления и, тем самым, нарушением права на защиту, необъективность суда кассационной инстанции, оставившего без изменений обвинительный приговор; п. 2 ст. 6 Конвенции в связи с тем, что в опубликованной в газете статье заявитель обвинялся в совершении преступления до вынесения судом первой инстанции приговора; п. 3 (b) ст. 6 Конвенции в связи с непредоставлением ему достаточного времени и возможностей для построения защиты; п. 3 (d) ст. 6 Конвенции в связи с тем, что он не был заранее проинформирован о проведении первой экспертизы и о том, что суд отклонил его ходатайство о вызове эксперта и проведении повторной экспертизы; и ст. 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных средств правовой защиты от указанных выше нарушений.

38.  Европейский Суд отмечает, что жалобы на нарушение ст.ст. 3 и 5 Конвенции были поданы с нарушением сроков и поэтому должны быть отклонены в соответствии с п. 1 ст. 35 Конвенции.

39.  Жалоба на нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в связи с неправильным толкованием представленных доказательств является жалобой, поданной в четвертую судебную инстанцию, т.е. явно необоснованной. Обвинения в фальсификации судом первой инстанции протоколов слушаний и в необъективности суда кассационной инстанции также не основаны на каких-либо доказательствах. Что касается жалобы на изменение квалификации преступления, то она была рассмотрена судом кассационной инстанции в процессуальном и материально-правовом аспекте, следовательно, право заявителя на защиту нарушено не было (см. Постановление Европейского Суда от 21 февраля 2002 г. по делу «Сипавичус против Литвы» (Sipavičius v. Lithuania), пп. 29-34, жалоба № 49093/99). Следовательно, данные жалобы должны быть отклонены в соответствии с п.п. 3 и 4 ст. 35 Конвенции.

40.  Что касается жалоб на нарушение п. 2, п. 3 (b) и (d) ст. 6 Конвенции, то заявитель не указывал их в качестве оснований для кассации, следовательно, они должны быть отклонены в соответствии с п. 1 ст. 35 Конвенции.

41.  Нет необходимости отдельного рассмотрения жалобы на нарушение ст. 13 Конвенции при отсутствии обоснованной жалобы на нарушение существенных положений Конвенции.

III.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

42.  Ст. 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

А.  Ущерб

43. Заявитель потребовал 1 685 468 евро в качестве компенсации материального ущерба, понесенного в связи с неполученной им прибылью от профессиональной деятельности, которой он занимался до возбуждения в отношении него производства по уголовному делу. Он указал также сумму в размере 4 110 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

44.  Власти Российской Федерации оспорили требуемые суммы, как явно завышенные и необоснованные.

45.  Европейский Суд не усматривает какой-либо причинно-следственной связи между обнаруженным нарушением и заявленным материальным ущербом и, таким образом, отклоняет требования заявителя в данной части. Что касается требования о компенсации морального вреда, Европейский Суд считает, что заявитель не оказал значительного влияния на увеличение продолжительности производства по уголовному делу, и, выполняя расчет на справедливой основе, присуждает ему сумму в размере 3 000 евро.

B.  Судебные расходы и издержки

46.  Заявитель также потребовал 33 461 евро в качестве возмещения судебных расходов и издержек, понесенных им в российских судах. Он указал, что в эту сумму включены расходы на профессиональные услуги адвокатов, услуги зубного врача, транспортные расходы и расходы по аренде жилья за период, в течение которого шел судебный процесс.

47.  Власти Российской Федерации отметили, что заявитель предоставил документы, подтверждающие расходы в размере 772 791 рублей и 477 евро.

48. На основании прецедентного права и представленных документов Европейский Суд отклоняет требование о компенсации расходов и издержек в связи с отсутствием связи между заявленными расходами и действиями по устранению выявленных нарушений на национальном уровне или судебными процессами в Страсбурге.

C.  Процентная ставка при просрочке платежей

49.  Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке выплаты должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1.  Признал приемлемой жалобу заявителя в части чрезмерной длительности судебного разбирательства и неприемлемой в остальной части;

 

2.  Постановил, что имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции;

 

3.  Постановил

(а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев 3 000 (три тысячи) евро плюс любые налоги, которыми может облагаться данная сумма, в качестве компенсации морального вреда, конвертированные в российские рубли по курсу, действующему на дату оплаты;

(b)  что по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты, на присужденную сумму подлежат начислению простые проценты в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;

 

4.  Отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменной форме 25 ноября 2010 г. в соответствии с п.п. 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.

        Андре Вампач                                                               С.Э. Йебенс
Заместитель Секретаря Секции Суда                       Председатель Комитета



[1] с учетом необходимых изменений