14 июня 2007 года Европейским судом по правам человека (далее – Европейский Суд) вынесено постановление по жалобе № 3790/05 «ООО «Производственно-торговая компания «Меркурий» против России», которое вступило в силу 12 ноября 2007 года. Европейский Суд установил нарушение властями Российской Федерации статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) и статьи 1 Протокола № 1 к ней, выразившееся в длительном неисполнении судебного решения, вынесенного в пользу компании-заявителя.

Из обстоятельств дела следует, что принадлежащее компании-заявителю на праве собственности незавершенное строительством здание культурно-танцевального центра, расположенное в парке Окружного Дома офицеров Российской Армии в центральной части города Хабаровска, на основании постановления мэра г. Хабаровска от 12 декабря 2000 № 1042 было снесено. Ввиду того, что ООО «ПТК «Меркурий» не получило возмещения убытков, связанных со сносом принадлежащего ему недостроенного объекта, оно обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с соответствующим иском к администрации г. Хабаровска. Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 3 мая 2001 года требования компании-заявителя были частично удовлетворены, с администрации г. Хабаровска взыскано 5 335 963 руб.

После многочисленных процедур обжалования 11 апреля 2003 года Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа в порядке кассационного судопроизводства постановил решение, в соответствии с которым с администрации г. Хабаровска в пользу ООО «ПТК «Меркурий» взыскано 5 335 963 руб. 22 мая 2003 года на основании постановления судебного пристава-исполнителя подразделения судебных приставов № 1 Центрального района г. Хабаровска было возбуждено исполнительное производство.

В 2003 и 2004 году администрацией г. Хабаровска предпринимались попытки отсрочки или приостановления исполнительного производства в судебном порядке либо обжалования действий судебных приставов, направленных на принудительное исполнение судебного решения, в судебных органах. 17 января 2005 года ООО «ПТК «Меркурий» и администрация г. Хабаровска заключили соглашение о прощении долга, в соответствии с которым обязались: администрация - выплатить компании-заявителю 4.000.000 рублей в срок до 20 января 2005 года, а компания заявитель - отозвать и не предъявлять повторно к взысканию исполнительный лист, выданный в соответствии с судебным решением, а также отказаться от всех других денежных требований к администрации г. Хабаровска в связи со сносом здания, ранее принадлежавшего ООО «ПТК «Меркурий».

19 января 2005 года ООО «ПТК «Меркурий» получило сумму, причитающуюся ему по договору о прощении долга, в размере 4.000.000 рублей. 8 февраля 2005 года судебным приставом-исполнителем отдела службы судебных приставов по Центральному району г. Хабаровска было вынесено постановление о прекращении исполнительного производства на основании заявления ООО «ПТК «Меркурий» об окончании исполнительного производства фактическим исполнением. Компания-заявитель обратилась с Европейский Суд с жалобой на действия властей Российской Федерации, выразившиеся в длительном неисполнении судебного решения о взыскании с администрации г. Хабаровска материального ущерба в связи с незаконным сносом здания, принадлежащего ООО «ПТК «Меркурий».

Европейский Суд отклонил доводы властей Российской Федерации о неприемлемости названной жалобы на том основании, что между администрацией г. Хабаровска и ООО «ПТК «Меркурий» было добровольно подписано соглашение о прощении долга. В этой связи Европейский Суд указал, что, хотя причитающиеся ООО «ПТК «Меркурий» денежные средства по судебному решению были получены им в рамках исполнения договора о прощении долга, названное общество не утратило статуса «жертвы», поскольку власти Российской Федерации не признали факта длительного неисполнения судебного решения, имевшего место до подписания администрацией г. Хабаровска и ООО «ПТК «Меркурий» названного договора. В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда, «решение или мера, благоприятная в отношении заявителя не является достаточной для того, чтобы лишить заявителя статуса «жертвы», если национальные власти не признали, явно или по существу, нарушение Конвенции и не предоставили соответствующую компенсацию».

Таким образом, Европейский Суд признал жалобу ООО «ПТК «Меркурий» приемлемой и рассмотрел ее по существу. В соответствии со сложившейся прецедентной практикой Европейского Суда исполнение судебного решения, принятого любым судом, рассматривается им как составляющая "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции (см. среди прочих Постановление Европейского Суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-II, p. 510, § 40, постановление по делу №59498/00 «Бурдов против России» от 07.05.2002 г., п. 34). Европейский Суд не согласился с доводами властей Российской Федерации о том, что администрация г. Хабаровска была вправе не выплачивать присужденные компании-заявителю денежные средства в период обжалования судебных постановлений в вышестоящих судах.

В этой связи Европейский Суд указал, что использование должником процессуальных средств пересмотра состоявшихся судебных постановлений в порядке надзора не освобождало его от обязанности исполнить судебное решение, имеющее обязательную силу и подлежащее исполнению. По тем же основаниям Европейский Суд отверг приводимые в обоснование длительного неисполнения вступившего в силу судебного решения доводы российских властей об оспаривании должником действий судебных приставов в ходе исполнительного производства. Европейский Суд, ссылаясь на свою прецедентную практику, признал несостоятельными также доводы российских властей об отсутствии у должника (администрации г. Хабаровска) денежных средств для удовлетворения требований взыскателя (ООО «ПТК «Меркурий»), и указал, что не принимает ссылки государственного органа на нехватку денежных средств или других ресурсов, как на причину неисполнения решения суда (см. среди прочих постановление по жалобе № 59498/00 «Бурдов против России» от 7 мая 2002 г., п. 35).

Европейский Суд установил, что судебное решение оставалось неисполненным больше 1 года и 9 месяцев, при этом властями Российской Федерации не было представлено какого-либо удовлетворительного оправдания столь длительного его неисполнения. Европейский Суд установил, что, будучи не в состоянии в течение длительного времени исполнить подлежащее принудительному исполнению решение национального суда, власти Российской Федерации тем самым умалили саму сущность права на справедливое судебное разбирательство и воспрепятствовали возможности получения компанией-заявителем причитающихся ей денежных средств.

Существенная задержка исполнения вступившего в силу судебного постановления расценена Европейским Судом как нарушение ст. 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к ней. Суд отметил, что уже неоднократно устанавливал аналогичные нарушения при рассмотрении жалоб против Российской Федерации (см. постановления Европейского суда по жалобам №№ 75907/01 "Грищенко против Российской Федерации" (Grishchenko v. Russia) от 8 июля 2004 г., 15021/02, "Вассерман против Российской Федерации" (Wasserman v. Russia) от 18 ноября 2004 г., 41145/02 "Пресняков против Российской Федерации" (Presnyakov v. Russia) от 10 ноября 2005 г. и др.). ООО «ПТК «Меркурий» требовало возмещения материального ущерба, исходя из суммы процентов на сумму долга, присужденного к выплате судебным решением, за период с 12 октября 2000 года (когда было снесено здание, принадлежавшее заявителю) по 19 января 2005 года, а также стоимость снесенного здания, уменьшенную на присужденную сумму, с учетом сумм налогов. Кроме этого, компания-заявитель требовала выплаты возмещения морального вреда ее учредителям.

Суд, однако, принял к расчету период времени, начиная с 11 апреля 2003 года (когда решение суда вступило в законную силу) по 19 января 2005 года и присудил компании-заявителю 1836233 рубля в качестве возмещения материального ущерба. Суд отверг требования ООО «ПТК «Меркурий» о выплате стоимости уничтоженного имущества, не установив причинно-следственной между установленным нарушением Конвенции и требованиями учредителей компании-заявителя о выплате компенсации морального вреда, указав, что нарушение установлено не в отношении них, а в отношении самой компании-заявителя.