ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

29 марта 2011 г.

 

Данное постановление вступает в силу в порядке, установленном пунктом 2 статьи 44 Конвенции. Может подвергнуться редакционной правке.

 

По делу «Щуров против России»,

Европейский суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:

            Нина Вайич, Председатель,
            Анатолий Ковлер,
            Пер Лоренцен,
            Ханлар Хаджиев,
            Георг Николау,
            Мирьяна Лазарова Трайковска,
            Джулия Лафранке, судьи, и Сорен Нильсен, Секретарь Секции,

проведя заседание 8 марта 2011 г. за закрытыми дверями,

вынес следующее постановление, утвержденное в тот же день:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело инициировано жалобой (№ 40713/04), поданной в Европейский суд против Российской Федерации в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Российской Федерации Щуровым Николаем Никоноровичем (далее – «заявитель») 20 сентября 2004 года.

2. Власти Российской Федерации (далее - «Власти») были представлены П. Лаптевым, являвшимся Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека.

3.  Заявитель утверждал, в частности, что его право на справедливое судебное разбирательство было нарушено.

4.  11 января 2006 г. Председатель Первой Секции коммуницировал жалобу Властям. Он также решил рассмотреть жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель, 1933 года рождения, проживает в г. Волгограде. Он является пенсионером.

А.  Постановление, вынесенное в пользу заявителя

6.  13 мая 2003 г. Кировский районный суд г. Волгограда (далее – «районный суд») удовлетворил иск заявителя к его бывшему работодателю и Волгоградскому  областному Центру Профпатологии при Комитете по здравоохранению Администрации Волгоградской области (далее – «орган здравоохранения»), признав имеющиеся у заявителя заболевания полученными в результате профессиональной деятельности. На основании данного решения заявитель получал право на дополнительное социальное обеспечение.

7.  Решение от 13 мая 2003 г. не было обжаловано, вступило в законную силу и подлежало исполнению по истечении десяти дней со дня его принятия.

Б.  Отмена в порядке надзора

8.  Орган здравоохранения обратился в Волгоградский областной суд (далее – «областной суд») с заявлением о пересмотре в порядке надзора решения от 13 мая 2003 г.

9.  3 сентября 2004 г. Президиум областного суда (далее – «Президиум») рассмотрел дело в надзорном порядке и отменил решение от 13 мая 2003 г.

10.  Президиум указал, что при вынесении решения по иску заявителя районный суд допустил ошибку, поскольку признание заболевания профессиональным является «прерогативой» компетентных органов здравоохранения. Дело было направлено в районный суд на новое рассмотрение.

11.  По итогам нового рассмотрения областной суд определением от 17 марта 2005 г. окончательно отклонил иск заявителя.

II. ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

12.  Применимое национальное законодательство в области пересмотра в порядке надзора вкратце приведено в решении от 6 мая 2004 г. по делу № 33408/03 «Денисов против России».

13.  В соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации решения, действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц, предположительно нарушающие права и свободы граждан, могут быть оспорены заинтересованным лицом в суде, как правило, районном (статья 254 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

14.  Главным образом заявитель жаловался на нарушение его права на справедливое судебное разбирательство в связи с отменой в порядке надзора вынесенного в его пользу, вступившего в законную силу и подлежащего исполнению судебного решения.

15. Пункт 1 статьи 6 Конвенции в соответствующей части гласит:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...».

16.  Власти утверждали, что отмена решения от 13 мая 2003 г. в порядке надзора была необходима в связи с «ошибкой», допущенной районным судом при рассмотрении дела заявителя.

17. Суд отмечает, что данная жалоба является обоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Также она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она является приемлемой.

18.  Суд напоминает, что право на справедливое в судебное разбирательство, установленное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете ее Преамбулы, в которой верховенство права признается частью общего наследия Договаривающихся Государств. Принципы верховенства права должны соблюдаться каждым членов Совета Европы в соответствии со статьей 3 его Устава, ратифицированного всеми Высокими Договаривающимися Сторонами по Конвенции. Одним из аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который, в частности, предполагает недопустимость повторного рассмотрения однажды решенного дела (res judicata). Данный принцип устанавливает, что ни одна сторона не вправе требовать пересмотра вступившего в законную силу и обязательного для исполнения постановления только в целях проведения повторного слушания и получения нового решения по делу. Пересмотр не может рассматриваться как скрытая форма обжалования, в то время как лишь возможное наличие двух точек зрения по одному вопросу не может являться основанием для пересмотра (см. дело «Рябых против России», жалоба № 52854/99, §§ 51-52, ЕСПЧ 2003-IX).

19.  Суд также отмечает, что отклонения от вышеуказанного принципа res judiсata оправданы только если это необходимо в силу обстоятельств существенного и непреодолимого характера (см. дело «Кот против России», жалоба № 20887/03, § 24, 18 января 2007 г.). При этом полномочия судов вышестоящей инстанции по отмене обязательных к исполнению судебных решений могут быть использованы только в целях исправления существенных ошибок, допущенных судами нижестоящей инстанции (см. дело «Проценко против России», жалоба № 13151/04, § 26, 31 июля 2008 г.).

20.  В частности, Суд исходит из того, что «существенная ошибка», обосновывающая необходимость пересмотра решения в порядке надзора, может иметь место в том случае, когда обжалуемое решение затронуло права и законные интересы лица, не участвующего в деле (см. вышеуказанное дело «Проценко против России», §§ 29-34) или не имевшего возможности участвовать в нем надлежащим образом (см. дело «Тишкевич против России», жалоба № 2202/05, §§ 25-27, 4 декабря 2008 г., и дело «Толстобров против России», жалоба № 11612/05, §§ 18-20, 4 марта 2010 г.).

21.  Законная отмена вступившего в законную силу и обязательного к исполнению решения в надзорном порядке влечет отступление от принципа правовой определенности. Такое отступление соответствует требованиям пункта 1 статьи 6 Конвенции только в том случае, если оно обусловлено соображениями острой общественной необходимости, а не просто правовым пуризмом (см. дело «Сутяжник против России», жалоба № 8269/02, § 38, 23 июля 2009 г.). Иными словами, рассматриваемое постановление могло быть отменено исключительно в целях исправления ошибки, действительно имеющей существенное значение для судебной системы (там же).

22.  Возвращаясь к настоящему делу, Суд отмечает, что Власти не привели ни одного довода в подтверждение существенности ошибки, которая была положена в основу решения районного суда от 13 мая 2003 г. Суд не считает, что в рассматриваемых разбирательствах была допущена существенная ошибка; вынесенное в пользу заявителя решение было отменено только на том основании, что районный суд неверно применил соответствующее нормы материального права в области профессиональных заболеваний, и указанное основание не представляет собой существенное нарушение по смыслу прецедентной практики Суда (см. дело «Лучкина против России», жалоба № 3548/04, § 21, 10 апреля 2008 г.). Кроме того, отсутствовала острая общественная  необходимость отмены соответствующего решения.

23.  Довод Президиума об исключительной «прерогативе» органов здравоохранения в части решения вопроса о профессиональных заболеваниях является несостоятельным, так как согласно национальному законодательству (см. пункт 13 выше) решения и постановления государственных органов, в том числе органов здравоохранения, могут быть обжалованы в суд.

24.  Таким образом, Суд считает, что отклонение от принципа правовой определенности являлось необоснованным в рамках принципа sub judice.

25.  Кроме того, Суд не видит причин, по которым предполагаемая ошибка не могла быть исправлена в обычном порядке, в частности, судом кассационной инстанции, что не было принято во внимание органом здравоохранения, который решил по прошествии года обжаловать судебное решение в порядке надзора, тем самым подрывая веру заявителя в принцип res judicata (см. дело «Кульков и другие против России», жалобы № 25114/03, 11512/03, 9794/05, 37403/05, 13110/06, 19469/06, 42608/06, 44928/06, 44972/06 и 45022/06, § 27, 8 января 2009 г.).

26.  Учитывая вышеизложенное, Суд считает, что, отменив решение от 13 мая 2003 г. в порядке надзора, Президиум нарушил принцип правовой определенности и право заявителя «на справедливое судебное разбирательство» по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции.

27. Соответственно, в деле имеет место нарушение данной статьи.

II. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

28.  Заявитель также подал дополнительные жалобы с учетом различных положений Конвенции. Исходя из всех имеющихся материалов и своей компетенции, Суд полагает, что какое-либо нарушение прав и свобод, установленных Конвенцией, отсутствует, и поэтому объявляет их неприемлемыми согласно пункту 4 статьи 35 Конвенции.

III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

29. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий данного нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Ущерб

30.  Заявитель требовал около 3 500 евро в качестве компенсации за неполученные в связи с отменой в порядке надзора решения от 13 мая 2003 г. социальные выплаты. Он также требовал 500 000 евро в качестве компенсации предположительно нанесенного ему морального вреда.

31.  Власти ответили, что они не усматривают законных оснований для присуждения заявителю какой-либо компенсации.

32.  В отношении требования о компенсации материального ущерба Суд отмечает, что заявитель не его обосновал. В частности, он не представил никаких доказательств, подтверждающих свое право на получение каких-либо социальных пособий в связи с профессиональными заболеваниями, кроме указания суммы таковых. Соответственно, Суд принимает решение не присуждать компенсацию по данному пункту.

33.  Суд также полагает, что заявитель испытал страдания и разочарование в связи с отменой в порядке надзора вынесенного в его пользу, вступившего в законную силу и подлежащего исполнению судебного решения. Однако он счел завышенной сумму, требуемую заявителем. Оценив на справедливой основе, Суд присуждает заявителю 3 000 евро в качестве компенсации морального вреда, включая любой налог, которым может облагаться данная сумма.

Б. Судебные издержки и расходы

34.  Заявитель требовал компенсацию его судебных расходов и издержек без представления какой-либо дополнительной информации. Замечания Властей по данному вопросу не поступили. В отсутствие каких-либо подтверждающих документов Суд не усматривает оснований для удовлетворения требования заявителя о компенсации судебных расходов и издержек согласно правилу 60 Регламента Суда (см. дело «Паксас против Литвы» (Paksas v. Lithuania) [БП], жалоба № 34932/04, § 122, 6 января 2011 г.).

C. Проценты за просрочку платежа

35. Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1.  Объявляет жалобу на отмену решения от 13 мая 2003 г. в порядке надзора приемлемой, остальную часть жалобы – неприемлемой;

 

2. Постановляет, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

 

3. Постановляет

a) что власти государства-ответчика должны выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления в силу данного постановления в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции компенсацию морального вреда в размере 3 000 (трех тысяч) евро, подлежащую конвертации в российские рубли по курсу, установленному на дату оплаты, включая любой налог, который может быть взыскан с этой суммы;

б) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляется простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента;

 

4. Отклоняет остальную часть требования заявителя о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке, уведомление разослано в письменном виде 29 марта 2011 года, в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Сорен Нильсен                                                                     Нина Вайич,
     Секретарь                                                                       Председатель