ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РФ
ПО СОДЕЙСТВИЮ РАЗВИТИЮ ИНСТИТУТОВ
ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА И
ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Э.А. ПАНФИЛОВОЙ

 

     Уважаемая Элла Александровна,

     Полагаю необходимым довести до Вашего сведения следующую информацию.

Сегодня, 4 февраля 2007 года, группа адвокатов М.Б. Ходорковского и П.Л. Лебедева подверглись новой абсолютно беспрецедентной провокации, которая имела все атрибуты спланированной акции устрашения.



Судя по обстоятельствам происшедшего, акция была тщательно спланирована, и в ней было задействовано не менее 20-25 человек, получивших определенные инструкции и действовавших согласованно и находившихся на постоянной оперативной связи с неким центром. Все эти лица имели микрофоны и наушники, нарочито громко произносили фразы типа: «Мы вам вежливо предлагаем», «Вы оказываете нам незаконное сопротивление». А также постоянно докладывали что-то в микрофоны и получали инструкции. В зависимости от этих инструкций они трижды глобально меняли сценарий шоу.

Конкретные действия этих лиц выразились в следующем.

Заблаговременно прибывших в аэропорт Домодедово адвокатов Е.Бару, К.Ривкина, Ю.Шмидта и Л.Сайкина задержали на стойке регистрации, после сдачи паспортов и билетов. Им внезапно предложили пройти в подвальное помещение линейного отделения милиции. Туда же препроводили и супругу адвоката Ривкина, по-видимому, приняв ее за пятого адвоката-женщину, о которой у них, очевидно, были сведения. В результате чинимого произвола супруге адвоката Ривкина пришлось вызывать врача для оказания медицинской помощи. В отделении милиции вооруженный прапорщик препятствовал выходу адвокатов. Адвокатов предупредили о том, что вскоре прибудут «старшие» и все объяснят. Также сообщили, что прибудут понятые для производства досмотра. Адвокатов не выпускали даже покурить.
Вскоре появился один понятой в форме охранника аэропорта и ждали второго. Адвокаты заявили, что они категорически протестуют против досмотра, и добровольно на это не согласятся, а для принудительного обыска требуют представить соответствующие документы. Спустя некоторое время появилась женщина, полковник МВД в штатском и предъявила удостоверение сотрудника милиции старшего следователя по ОВД на транспорте. Она объяснила, что с целью экономии времени предлагает представить вещи на предмет их проверки, для обеспечения собственной безопасности адвокатов, а также на предмет возможного наличия в бумагах адвокатов документов с грифом секретности. Затем, в соответствии с какой-то новой поступившей командой, адвокатам было предложено подняться в зал регистрации для прохождения контроля безопасности.

Тем временем, в 20 часов 25 минут, адвокат К.Москаленко прибыла в аэропорт Домодедово. Зная, что ее коллеги уже задержаны и не выпускаются из отделения милиции, несмотря на то, что время близилось к окончанию регистрации, подойдя к стойке регистрации, стала выяснять основания, по которым были задержаны ее коллеги и где они находятся.
Сотрудники милиции, а их было не менее 8-10 человек возле стойки регистрации, спросив, как ее фамилия, сообщили, что им необходимо препроводить К.Москаленко в отделение милиции. На вопрос о наличии законных оснований к задержанию, они сказали, что просто приглашают ее и что они выполняют указание. На просьбу представиться они ответили, что все данные можно получить в отделении милиции. Москаленко заявила, что добровольно в о/м не пойдет. Тогда посовещавшись по связи, капитан, представившийся (ФИО у свидетеля Ильиной), завил, что в таком случае они будут вынуждены «отнести» ее в отделение милиции принудительно. В этот момент не выдержала присутствующая при этом дочь адвоката Москаленко, она закричала, что она не позволит издеваться над своей матерью и этот отчаянный крик вызвал растерянность у сотрудников милиции. Они по одному подходили к Москаленко и предлагали ей не принуждать их прибегать к силе и добровольно пройти в отделение милиции. Москаленко спросила, на каком основании от нее это требуют, капитан кавказской наружности заявил, что у него есть законные основания препроводить ее в отделение милиции, так как у него есть «обоснованные сомнения в ее поведении», а это достаточное основание, так как этого требует безопасность, и существуют соответствующие предполетные правила о проведении проверки. Дочь, в присутствии которой звучали эти угрозы, продолжала кричать и чуть не плакала. Зять адвоката за это время сходил в отделение милиции и принес авиабилет, который он получил у адвокатов в отделении милиции. Но увидев обстановку, он решил не отдавать билет, а также и паспорт матери своей жены и вместе с документами покинул место регистрации. В результате, на предложение сотрудников милиции представить документы, Москаленко не смогла этого сделать. Вокруг нее собралась группа милиционеров, 5-6 человек, несколько лиц в штатском подходили и советовались с милиционерами. Москаленко заявила, что добровольно в отделение милиции не пройдет и подвергнуть себя обыску не позволит. В это время ей на мобильный телефон поступило несколько звонков, в том числе из Международной Комиссии Юристов, комиссаром которой она является. Услышав, что Москаленко докладывает происшествие представителям различных организаций, в том числе, международных (разговор велся на английском языке), сотрудники никак не решались перейти к жестким мерам, все еще медлили, вяло уговаривая ее пройти в отделение милиции, постоянно громко и нарочито повторяя, что они проявляют предельную выдержку и вежливость. Неожиданно ей удалось в разговоре выйти из круга, отойти от большой группы сотрудников милиции и подняться на третий этаж. Там она тоже постоянно находилась в сопровождении, но всего 2 милиционеров, которые активно убеждали пройти ее в отделение милиции. Внезапно туда подбежал запыхавшийся встревоженный майор милиции полной комплекции, (фамилию не назвал, а имя, отчество было тут же сообщено в МКЮ, сотрудники которой постоянно находились с ней на телефонной связи) и сказал, что все коллеги Москаленко уже находятся на стойке отъезжающих пассажиров, и время отлета уже прошло, а поэтому срочно надо пройти на посадку. Увидев с эскалатора коллег у входа в зону отлета, Москаленко спустилась вниз и сдала свои посадочные документы.
Адвокатов сопровождало не менее десятка милиционеров и еще несколько лиц в штатском, среди них была женщина, которая вела себя как лицо высокого звания. Они заверяли, что все проблемы сняты, надо только срочно проходить на посадку, а то нарушается график вылета самолетов. Тем не менее, было очевидно, что готовится новая провокация. Адвокаты прошли на пункт досмотра в сопровождении офицеров милиции, Там, сняв верхнюю одежду, обувь прошли рамку, а их вещи – рентгеновскую установку. Тем не менее, после столь тщательного и полного просмотра в отношении всех пятерых, начался подробнейший досмотр всех вещей адвокатов. На протесты адвокатов досматривающие заявляли, что действуют исключительно по закону, и защищают интересы пассажиров, «Вот когда ваш самолет будут взрывать…» - заявил один из капитанов кавказского вида, который активно рылся в вещах адвокатов.
Все эти действия сопровождались оперативной видеосъемкой, производимой тем самым майором, грузного телосложения.
В целом, тот досмотр, который им не удалось произвести в отделении милиции, они смогли произвести в этом месте, и с еще большим цинизмом. В ходе досмотра все бумаги адвокатов, все документы и письма адвокатов были тщательно досмотрены и подробно сняты на видеозапись. Когда адвокаты возмущались и протестовали, майор снимал их на видеокамеру. На требование прекратить видеосъемку лиц адвокатов, они глумились и заявляли, что действуют из соображений безопасности и обеспечения превентивных мер. Работая без перчаток, сотрудники милиции перебрали все до одной вещи адвокатов, в том числе белье и предметы личной гигиены.
В момент обыска позвонила Элла Александровна Панфилова, и сотрудники милиции, услышав, что К.Москаленко докладывает ей подробности этой акции, а также слова, которые Элла Александровна просила передать им, чтобы они прекратили произвол, они дружно захохотали, а капитан, еще один капитан кавказской наружности глумливо сказал: «А-а-а-а, Эллочка, Элле Панфиловой он нас привет!».
Между тем, пересмотрев все вещи адвокатов, предметы, документы, бумаги адвокатов, сотрудники милиции любезно препроводили адвокатов в микроавтобус для перевозки к самолету, вылет которого задерживался почти на час.

Становится ясно, почему ведение следственных действий по делу М.Ходорковского и П.Лебедева незаконно перенесено в столь отдаленный город, как Чита, а других путей добраться до этого города практически не существует, то это означает, что при всяком вылете адвокатов они могут беспрепятственно подвергаться подобным унижениям.

Оставляя в стороне все эмоции, переживания и страшный стресс, который пережили немолодые люди, заслуженные стажированные юристы, считаем, что была допущена беспрецедентная акция устрашения, заявляем, что больше адвокаты не могут подвергать себя и свои профессиональные бумаги подобному риску, мы ответственно заявляем, что ни один из нас не позволит больше подобного обращения с собой, и заявляем, что больше в таких условиях работать не будем. На этом основании требуем перенесения следственных действий в место проведения расследования, город Москву.

 

Директор Центра
                         
Оксана Преображенская