12 ноября 2007 г. вступило в силу вынесенное 10 мая 2007 г. постановление Европейского Суда по правам человека (далее - Европейский Суд) по жалобе № 78145/01 «Ковалев против Российской Федерации». Из обстоятельств дела следует, что 13 ноября 2000 г. заявитель был задержан в г. Аксай Ростовской области по подозрению в участии в разбойных нападениях, совершенных группой лиц, и был доставлен в Аксайский отдел внутренних дел. 30 августа 2001 г. Ростовский областной суд вынес в отношении заявителя обвинительный приговор, который определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2002 г. оставлен без изменения, а кассационная жалоба заявителя – без удовлетворения. Ковалева О.В., представляющая мужа Ковалева Е.В., обратилась в суд с жалобой на неправомерные действия работников Аксайского ОВД, которыми, по ее мнению, заявитель был незаконно задержан и к нему применено физическое насилие, просила взыскать компенсацию морального вреда. Решением Аксайского районного суда Ростовской области от 13 марта 2002 г. (далее – решение от 13 марта 2002 г.) в удовлетворении жалобы отказано. Судебной коллегией по гражданским делам Ростовского областного суда определением от 17 апреля 2002 г. решение от 13 марта 2002 г. оставлено без изменения. В своем обращении в Европейский Суд Ковалев Е.В. утверждал, что в нарушение статьи 3 Конвенции он подвергся жестокому обращению со стороны сотрудников милиции, и что национальные власти не провели эффективного расследования по его жалобам на жестокое обращение. Ссылаясь на статью 5 Конвенции, заявитель утверждал, что его незаконно задержали и применили меру пресечения в виде заключения под стражу. На основании статьи 6 Конвенции заявитель жаловался на то, что судебное разбирательство по возбужденному в отношении него уголовному делу не было справедливым, в частности, что председательствовавший в процессе судья, а не прокурор, «предъявлял» подсудимым обвинение; что 30 августа 2001 г. судебная коллегия по уголовным делам Ростовского областного суда вынесла обвинительный приговор, основываясь на недопустимых доказательствах. Ссылаясь на статью 6 Конвенции, заявитель обжаловал также то, что ему не позволили принять участие в судебном разбирательстве по жалобе Ковалевой О.В. на нарушение в отношении заявителя положений статей 3 и 5 Конвенции. 23 марта 2006 г. Европейский Суд вынес решение о частичной приемлемости указанной жалобы для рассмотрения по существу. Как следует из указанного решения, Европейский Суд признал неприемлемой часть жалобы заявителя на нарушение статьи 3 Конвенции относительно его избиения сотрудниками милиции в период предварительного следствия ввиду непредставления заявителем достаточных доказательств, подтверждающих его утверждения. Одновременно Европейский Суд признал приемлемой для дальнейшего рассмотрения жалобу Ковалева Е. В. в части, касающейся ненаправления Аксайским районным судом Ростовской области повестки Ковалеву Е.В., отбывающему наказание по приговору суда, для участия в судебном заседании по рассмотрению поданной от его имени жалобы на действия работников Аксайского отдела внутренних дел (предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции). Европейский Суд принял во внимание, что жалоба в Аксайский районный суд подана не самим заявителем, а его женой, и что ее статус стороны процесса был подтвержден Ростовским областным судом. 19 октября 2001 г. Однако, как отметил Европейский Суд, приняв статус супруги, национальный суд не ограничил рассмотрение дела аспектами, относящимися к ней лично, и данная жалоба рассматривалась согласно национальному законодательству, как поданная согласно подразумеваемому праву заявителя и от его имени. Исходя из этого, Европейский Суд пришел к выводу, что заявитель может подать жалобу на то, что он явился пострадавшим вследствие нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции. Европейский Суд рассмотрел также другие доводы, заявителя (в частности, о том, что судебное разбирательство по уголовному делу было несправедливым) и, принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении материалы дела, пришел к выводу, что данная часть жалобы заявителя не содержит признаков нарушения его прав и свобод, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней, и подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции. Рассматривая жалобу Ковалева Е.В. по существу, Европейский Суд отверг доводы властей Российской Федерации о том, что обстоятельства, связанные с законностью задержания заявителя, могли рассматриваться согласно российскому законодательству только в порядке уголовного судопроизводства и фактически были предметом оценки при рассмотрении уголовного дела. В этой связи Суд указал, что согласно прецедентному праву концепция «гражданских прав и обязанностей» не может интерпретироваться только со ссылками на закон государства-ответчика, а должна рассматриваться «независимо» в значении пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Кениг против Германии, постановление от 28 июня 1978 г., серия А, № 27, стр. 29-30, § 88-89; Бараона против Португалии, постановление от 8 июля 1987 г., серия А, № 122, стр. 17-18, § 42; и Ферраццини против Италии, № 44759/98, § 24, ЕСПЧ 2001- VII). Для заключения о том, что разбирательство по данному делу касалось гражданского права в значении статьи 6 Конвенции, Европейский Суд счел достаточным, что существо судебного дела заявителя было материальным и что результат национальных разбирательств был решающим для его права на компенсацию (см. Геш против Турции № 36590/97, § 41, ЕСПЧ 2002-V; см. также с необходимыми поправками, Георгиадис против Греции, постановление от 29 мая 1997 г., Отчеты о постановлениях и решениях 1997-VII, стр. 2508, § 38). Европейский Суд интерпретировал жалобу заявителя как обвинение властей Российской Федерации в недостатке публичности и необеспечении соблюдения принципа состязательности при рассмотрении жалобы жены заявителя, поданной от его имени. Европейский Суд не согласился с утверждением заявителя о том, что слушание дела не было публичным, и отметил, что судебные разбирательства в Аксайском городском суде и в Ростовском областном суде были устными и публичными. Супруга заявителя, как указал Суд, присутствовала в обеих судебных инстанциях и могла защищать права Ковалева Е.В. в ходе устного судебного слушания. Учитывая ее статус истицы в данных судебных разбирательствах, по мнению Суда, невозможно заявлять, что слушания проводились в отсутствие стороны спора. Европейский Суд принял во внимание и то, что в судебных процессах принимали участие еще и члены местной неправительственной организации, оказывавшие помощь супруге заявителя, а также то, что если бы заявитель не находился в местах заключения, ничто не могло бы препятствовать его присутствию в суде и личному выступлению. Исходя из изложенного, Европейский Суд заключил, что слушания дела были публичными в значении пункта 1 статьи 6 Конвенции и не установил в этой части нарушений Конвенции российскими властями. Однако Европейский Суд констатировал нарушение властями Российской Федерации предусмотренного статьей 6 Конвенции права на беспристрастное слушание дела. Европейский Суд подчеркнул, что право на беспристрастное рассмотрение, в частности, принцип состязательности и равенства сторон требует, чтобы каждая из сторон имела разумную возможность располагать знаниями и комментариями по поводу сведений или доказательств, представленных другой стороной, и представить свою позицию в условиях, которые не ставят ее в существенно невыгодное положение по отношению в ее оппоненту (см. X против Австрии № 5362/72, Постановление комиссии от 14 декабря 1972 г., Сборник 42, стр. 145, и МакМайкл против Соединенного Королевства, постановление от 24 февраля 1995 года, Серия А № 307-В). Соответственно, отказ выслушать свидетеля, по мнению Суда, может при определенных обстоятельствах противоречить данному принципу (см. Картинг против Нидерландов № 12087/86, Постановление комиссии от 13 мая 1988 г.; дело X против Австрии, приведенное выше, и дело МакМайкла, приведенное выше). Европейский Суд отметил, что заявитель намеревался защищать лично жалобу о жестоком обращении в милиции, находясь под стражей. Однако его участие суд счел ненужным в силу того, что он уже сделал устное заявление о жестоком обращении перед судом во время рассмотрения дела о его уголовных обвинениях, а также в связи с тем, что жалоба о жестоком обращении была явно необоснованной. Европейский Суд не согласился с данной позицией и обратил внимание на то, что необходимо различать жалобы на жестокость милиции в целях отказа от данных показаний в ходе уголовного процесса и гражданские иски, направленные на установление факта жестокого обращения, который может в конечном итоге привести к выплате компенсации, с другой стороны (см. Ксенцов против России № 75386/01, 27 января 2005 г. и Слюсарев против России № 60333/00, 9 ноября 2006 г.). Европейский Суд отметил определенное противоречие между решением суда о необоснованности жалобы и нежеланием выслушать утверждения заявителя, и указал, что обеспечение гарантий, неотъемлемых в праве на справедливый суд, не может зависеть от предварительной оценки судом жалобы как потенциально успешной. Европейский Суд указал также на необходимость проводить различие между жалобами, которые не являются истинными и серьезными (см. дело Скоробогатых против России № 37966/02, 8 июня 2006 г.) и жалобами, которые не имеют больших шансов на успех из-за недостатка доказательств. В связи с тем, что жалоба заявителя была по своему характеру основана по большей части на собственных переживаниях заявителя, его пояснения в судебном заседании, по мнению Европейского Суда, стали бы важной частью изложения дела истицей и, по сути, единственным способом обеспечения принципа состязательности. Суд пришел к выводу, что отказывая заявителю в присутствии на рассмотрении дела, национальные суды не смогли обеспечить справедливого рассмотрения жалобы заявителя. На основании изложенного Европейский Суд установил нарушение права заявителя на беспристрастное слушание дела, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции и обязал власти Российской федерации выплатить заявителю 2 000 евро в возмещение морального вреда.