20 Сентябрь 2009

25 августа Европейский суд по правам человека поставил точку в деле Giuliani and Gaggio v. Italy (no. 23458/02). Заявители в этом деле – родители и сестра Карло Джулаини (Carlo Giuliani) – человека, которого называют символом движения антиглобалистов. Карло Джулиани принимал участие в демонстрации протеста антиглобалистов против саммита «Большой Восьмерки» (G8) в Генуе, в июле 2001 года.

20 июля, во время разрешенной властями демонстрации, произошли столкновения протестующих с силами правопорядка. Одна из машин карабинеров была окружена и атакована демонстрантами, использовавшими железные ломы, камни, другие твердые предметы. Один из карабинеров, будучи раненным, после предупреждения дважды выстрелил из машины. Этим выстрелом был смертельно ранен Карло Джулиани, пуля попала ему в лицо. Пытаясь выбраться из толпы, водитель полицейского джипа дважды переехал тело Джулиани.

Против полицейских было возбуждено уголовное дело. Вскрытие показало, что попадание пули могло привести к смерти потерпевшего в течение считанных минут, а автомобиль причинил ему лишь нетяжелые травмы. Более того, согласно заключению экспертов, выстрел был произведен в воздух, но камень, брошенный в машину карабинеров другим демонстрантом, изменил траекторию полета пули.

Следственный судья прекратил производство по делу, постановив, что водитель полицейской машины не имел возможности видеть Джулиани из-за хаоса, царившего вокруг машины, а убивший его карабинер стрелял в воздух, но траектория полета пули была изменена другим предметом. Суд постановил, что применение оружия в данных обстоятельствах было оправдано, поскольку карабинер действовал в порядке самообороны.

После такого решения итальянских властей, родные Джулиани обратились в Европейский суд по правам человека с жалобами на нарушение статьи 2 Конвенции.

Перед Европейским судом стояли три вопроса:

  • имело ли место чрезмерное применение силы, в нарушение статьи 2 Конвенции?
  • было ли нарушено позитивное обязательство государства защитить жизнь Карло Джулиани?
  • и наконец, было ли нарушено позитивное обязательство провести эффективное расследование обстоятельств его гибели?

На первый вопрос Палата судей единогласно ответила отрицательно. Демонстранты совершили жестокое нападение на полицейских, и карабинер сначала сделал предупреждение; более того, он держал оружие таким образом, что все его видели, и произвел выстрел только после того, как нападение продолжилось. Таким образом Европейский суд согласился с национальными властями, что полицейский не превысил пределов необходимой обороны.

Мнения судей существенно разделились относительно последующих вопросов. Большинство, состоящее из пяти судей, пришло к выводу, что позитивное обязательство государства по защите жизни нарушено не было. Суд рассмотрел была ли общественная акция спланирована, организованна и реализована таким образом, чтобы максимально возможно снизить риск применения смертоносной силы; однако не смог заключить, что недостатки, указанные заявителями (в основном, отсутствие четкой связи и координации действий различных правоохранительных структур) привели к смерти Джулиани.

Судьи Nicolas Bratza и Ján Šikuta с этим не согласились. В своем особом мнении они утверждали, что даже если недостатки планирования мер безопасности в целом и не привели к гибели Джулиани, этого нельзя сказать о недостатках руководства и контроля за событиями, непосредственно предшествовавшими инциденту. Они отметили несколько важных, на их взгляд, деталей – например, полицейская машина не была бронирована, и ее стекла не были защищены. По информации властей, данная машина не была предназначена для спецмероприятий, для которых обычно используют полностью бронированные машины, она предназначалась лишь для технических нужд. Кроме того, карабинер, произведший смертельный выстрел, был не только молодым и неопытным (лишь 10 месяцев службы), он еще пострадал непосредственно перед событием от слезоточивого газа, его дыхание было затруднено и он находился в крайне возбужденном состоянии. Таким образом, по мнению судей Bratza и Šikuta, в то время как точный ход инцидента невозможно было предвидеть, тот факт, что жизнь людей в полицейской машине будет подвергнута опасности, был очевиден вне всякого сомнения; и недостаток координации действий и контроля за спецоперацией привел к тому, что молодой и находящийся в состоянии паники карабинер произвел смертельный выстрел.

Это мнение двух судей из семи отражает более высокий стандарт требований к планированию и обеспечению безопасности массовых акций, который, не исключено, может быть впоследствии быть применен Судом.

Что касается процессуальной составляющей статьи 2, большинство судей пришло к мнению, что именно в этом аспекте и было нарушение. Отметив конкретные недостатки следствия, Суд также заключил, что расследование касалось только конкретных обстоятельств инцидента, и было ограничено вопросом ответственности непосредственных участников, в то время как никаких попыток не было предпринято для установления пробелов в планировании мероприятия и привлечения к ответственности виновных лиц.

Иное мнение выразили трое из семи судей, Josep Casadevall, Vladimiro Zagrebelsky и Lech Garlicki, которые не увидели связи между расследованием конкретного инцидента очень короткого временного промежутка, приведшего к смерти Джулиани, и расследованием организации и менеджмента операций безопасности во время проведения встречи «Большой восьмерки». Что касается расследования самого факта гибели антиглобалиста, они пришли к выводу, что расследование было достаточно эффективным и тщательным, чтобы удовлетворять требованиям статьи 2 Конвенции.

Учитывая такое существенное расхождение мнений среди судей, не исключено, что дело может быть передано на Большую палату.