Вашему вниманию предлагается материал, подготовленный при совместной работе Центра содействия международной защите и «Интерайтса». Данный материал был использован в рамках проведения первого из серии круглых столов по проблеме защиты прав человека в международно-правовых органах.

I. ВСТУПЛЕНИЕ

Статья 2 – Право на жизнь
1. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть намеренно лишен жизни иначе, как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание.
2. Лишение жизни не рассматривается как совершенное в нарушение данной Статьи, если оно является результатом применения силы не более чем абсолютно необходимой:
(a) для защиты любого лица от незаконного насилия;
(b) для осуществления законного ареста или предотвращения побега лица, задержанного на законных основаниях;
(c) в случае действий, предусмотренных законом, для подавления бунта или мятежа.

Значение и важность обязательства защищать право на жизнь

Право на жизнь является основным в любой системе защиты прав человека. Статья 2 – одна из самых фундаментальных статей Конвенции. Наряду со Статьей 3 (запрет пыток или бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания) она закрепляет одну из основных ценностей демократических обществ, входящих в состав Совета Европы (Cakici – v – Turkey). Ее важность подчеркивается тем, что она закрепляет одно из четырех прав, которые не могут быть умалены в состоянии войны или чрезвычайного положения, что не касается смертей, возникших в результате законных актов войны (Статья 15 Конвенции) (See McCann and Others – v – United Kingdom).

В сущности, цель Статьи 2 заключается в защите лиц от незаконного лишения жизни. Право на жизнь – это право, данное всем лицам без какой-либо дискриминации (See Article 14 of the European Convention on Human Rights).

В параграфе 1 Статьи 2 сформулированы
а) позитивные,
б) негативные,
в) процессуальные обязательства.

Негативные обязательства требуют от Государства воздержания от незаконного лишения жизни. Позитивные обязательства заставляют Государство предпринимать позитивные шаги для охраны жизни людей в рамках своей юрисдикции. Процедурные обязательства, которые могут быть причислены к позитивным, предполагают проведение эффективного официального расследования вне зависимости от того, умер ли человек в результате применение силы государственным органом или частным лицом.

Чтобы удовлетворить все эти требования, государственные власти должны предпринимать соответствующие меры для привлечения к ответственности совершивших незаконное лишение жизни; право на жизнь несоизмеримо с безнаказанностью за акты незаконного лишения жизни. Для этого государство должно предоставить не только возможность свободной подачи жалоб и доступ к процедуре расследования, но также и эффективную систему уголовного права.

Следует отметить, что Право на жизнь не подразумевает право на смерть (Pretty – v – UK – see below at para).

Несмотря на важность права, предусмотренного Статьей 2, Конвенция не говорит о том, с какого момента начинается и когда заканчивается сама жизнь (H – v – Norrway, see below at para). Это значимые вопросы в отношении прав плода и людей, находящихся в коме, жизнь которых поддерживается машинами.

Интересно отметить, что, несмотря на важность права на жизнь, первое дело, в котором заявлялось о нарушении Статьи 2, было рассмотрено Судом лишь в 1995 г. Соответственно, юриспруденция Суда относительно этого права достаточна мала, и множество вопросов, связанных с правом на жизнь, пока открыты для судебного толкования. Однако существовавшая ранее Комиссия имела опыт рассмотрения дел в различных аспектах права на жизнь.

Статья 2, взятая вместе со Статьей 1 Конвенции, гарантирует защиту права на жизнь каждому в равной степени, включая незаконных и незарегистрированных иммигрантов, тех, кто требует политического убежища, беженцев, задержанных иммигрантов, тех, кто задержан с последующей высылкой из страны, и тех, кто ожидает высылки в заключении.

При высылке в другую страну может возникнуть вопрос, связанный со Статьей 2, в том случае, если лицо может подвергнуться смертельному риску в случае возвращения. Для Государств, ратифицировавших Протокол 6, высылка иностранцев в государство, где они могут быть подвергнуты смертному приговору, считается нарушением Статьи 2. Любое лицо, подвергнутое преследованиям со стороны государственных органов и даже не государственных органов, должно быть защищено Статьей 2. Поскольку этот вопрос более актуален для момента в будущем, нежели в прошлом, стандартом доказательства должен быть «действительный риск» или «солидные основания для доверия».

Перечень вопросов, рассамтриваемых в контексте права на жизнь

За последние 7 лет возросло количество рассмотренных жалоб на обязательства, вытекающие из права на жизнь. Более 50 дел, в которых заявлено о нарушении права на жизнь, было рассмотрено Судом за этот период. Многие жалобы затрагивали вопросы причинения смерти государственными служащими, другие касались следующих вопросов:

· Право на смерть
· Право на защиту от загрязнения окружающей среды
· Право на особый уровень медицинского обслуживания
· Права нерожденного ребенка
· Право на защиту от других лиц
· Смерть в заключении
· Исчезновения

Супруги, дети и другие близкие родственники страдающего каким-либо заболеванием могут обратиться на основании Конвенции в Европейский Суд по правам человека; в этом случае родственник должен показать что он/она сам/сама лично пострадал/а от инцидента (Yasa – v – Turkey), а не то, что он является представителем своего родственника. Суд согласен с тем, что нарушение права на жизнь может быть заявлено не только в отношении тех, кто уже умер, но также и в отношении тех, кто испытал смертельную угрозу, и тех, кто стал жертвой попытки убийства.

Большинство рассмотренных Судом дел по Статье 2 затрагивали случаи убийства, совершенные сотрудниками полиции или вооруженных сил. В таких делах возникают три основных момента. Во-первых, существуют случаи, в которых возникает вопрос, несет ли Государство ответственность за подобный случаи лишения жизни. Эти случаи затрагивают оценку фактов и доказательств с точки зрения того, превышают ли представленные факты и доказательства 'разумные сомнения' в том, что Государство несет ответственность за лишение жизни. Во-вторых, есть случаи, затрагивающие вопрос о том, была ли сила, примененная полицией или вооруженными формированиями в сложившихся обстоятельствах, абсолютно необходима. Это подразумевает анализ не только самого факта использования оружия с летальным исходом, но также анализ планирования и контроля над операцией, которые привели к использованию оружия. В-третьих, в ряде жалоб заявлялось, что Государство не провело надлежащего расследования смерти незаконно убитого лица. Во многих случаях заявители утверждают, что были нарушены все три аспекта подобных дел. Суд уполномочен установить нарушения Статьи 2 в отношении любого из перечисленных аспектов, одного или в совокупности.


Право на жизнь и допустимые исключения

Так как объектом и целью соглашений о правах человека является защита человека, Статью 2 следует интерпретировать и применять так, чтобы на практике эффективно защищать права человека. Соответственно четыре исключения, коротко приведенных в тексте Статьи 2 со всеми ограничениями прав, предусмотренных Конвенций, должны рассматриваться в узком понимании. Узкое толкование исключений приводит к повышению уровня защиты права на жизнь.

Первое исключение, зафиксированное в первом параграфе, допускает сохранение смертной казни в государствах-членах Совета Европы. Это исключение имеет больше историческую значимость, так как почти все члены Совета Европы ратифицировали Протокол 6 к Конвенции, отменяющий смертный приговор в мирное время. К 2 августа 2002 лишь три государства (Турция, Армения и Россия) не ратифицировали этот Протокол, поэтому в мирное время он возможен лишь в этих государствах. Что касается остальных, то Статья 1 Протокола 6 говорит о том, что смертный приговор более не является допустимым исключением относительно права на жизнь в мирное время. Законы, настоящие или будущие, в любой стране на основании Протокола 6 могут разрешать смертный приговор «в отношении действий, совершенных во время войны или надвигающейся угрозы войны» (Статья 2 Протокола 6).

Вступление в силу Протокола 6 и его ратификация почти всеми государствами-участниками Европейской Конвенции о защите прав человека говорят о том, что значимость такого наказания, как смертная казнь, минимальна. Смысл Статьи 1 Протокола 6 заключается в том, чтобы отменить смертный приговор и его исполнение в мирное время. Однако смертный приговор не отменяется в случаях действий, совершенных во время «войны или надвигающейся угрозы войны». Эта формулировка уже формулировки Статьи 15 Конвенции, которая допускает умаление значимости во «время войны или чрезвычайного положения, угрожающего жизни нации», предполагая, что ее применение строже. Соответственно смертный приговор не может быть применен в случае «чрезвычайного положения», которое расценивается как меньшее 'зло', нежели война.

В случаях, когда смертный приговор допустим, человек может быть приговорен к смерти только за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание. Положение «предусмотрено законом» следует интерпретировать так же, как и в случаях других статей Конвенции, где используется эта или схожая фраза (см., например, Статью 5). Для соответствия норме «предусмотрено законом» закон должен быть предсказуемым в том смысле, что он должен быть точным и доступным. Соответственно секретные докладные записки, циркулирующие внутри государственных органов, не отвечают требованиям предсказуемости (See Amuur – v – France – дело, касающееся предугадываемости законов, допускающих депортацию, в контексте права на свободу и безопасность. Неопубликованный циркуляр, состоящий из инструкций министерств, касающихся иностранцев, которым отказано в разрешении пересечь приграничную зону, был признан Судом, чтобы не устанавливать «закон достаточного качества», т.к. он был недоступен. См. тренинг Interights по праву на свободу и безопасность).


Новый, Протокол 13 к Конвенции, полностью отменяющий смертную казнь, был открыт для подписания и ратификации 3 мая 2002. К 2 августа 2002 государствами, его ратифицировавшими, были Ирландия, Мальта и Швейцария. Как только Протокол вступит в силу для ратифицировавших его государств, эти государства не смогут ссылаться на исключения относительно смертного приговора, предусмотренных Статьей 2.

Сохраняющимися исключениями являются только, предусмотренные Статьей 2(2)(a)-(c). Недопустимы какие бы то ни было иные исключения относительно права на жизнь. Таким образом, существование закона или практики, позволяющей открывать огонь против подозреваемых в терроризме или сепаратизме, будет противоречить Статье 2. Исключения относительно права на жизнь, закрепленные в параграфе 2 Статьи 2, допустимы лишь случаях использования силы, в которых это было «не более, чем абсолютно необходимо» в каждом конкретном случае.

Исключения полностью приведены в Статье 2(2):

(a) для защиты любого лица от незаконного насилия;
(b) для осуществления законного ареста или предотвращения побега лица, задержанного на законных основаниях;
(c) в случае действий, предусмотренных законом, для подавления бунта или мятежа.

Статья 2(2)(a) предусматривает и самооборону, и защиту другого лица. Статья 2(2)(b) использует термины «законный арест» и «задержанный на законных основаниях». Эти положения должны интерпретироваться в соответствии со Статьей 5 Конвенции, которая предусматривает свободу и безопасность личности. Лишение жизни может быть оправдано только в том случае, если оно осуществлено в целях законного задержания (или предотвращения побега задержанного на законных основаниях). Но даже в этом случае средства осуществления задержания/предотвращения побега должны быть 'абсолютно необходимы и пропорциональны' (см. ниже). Задержание, проведенное не в соответствии с требованиями Статьи 5, автоматически влечет нарушение Статьи 2, если не имеет места исключение (например, самооборона).

Суд пришел к выводу, что исключения, приведенные в Статье 2(2), могут толковаться как преднамеренное лишение жизни, но не составляют его в действительности. Статья 2(2) предварительно не определяет обстоятельства, при который допустимо умышленное убийство человека, но описывает ситуации, в которых допустимо использование силы, которая может привести к лишению жизни как непреднамеренному результату. (See McCann – v – United Kingdom and McShane – v – United Kingdom) Большинство случаев, рассмотренных Судом, в которых заявлялось о нарушении Статьи 2, подразумевало использование силы в борьбе с терроризмом.

II ПОЗИТИВНЫЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

Обязательство создать правовую систему, обеспечивающую гарантии права на жизнь

Внутренняя правовая система Государства должна иметь такие законы, которые исчерпывающе защищают от нарушений права на жизнь.

Эффективные уголовные законы и процедуры

Обязательство защищать право на жизнь на основании закона требует от Государства установления эффективных уголовных законов с тем, чтобы воспрепятствовать жестоким преступлениям по отношению к человеку. Также необходимо, чтобы уголовные законы были подкреплены эффективной правоохранительной системой для предотвращения нарушений этих законов и привлечения к ответственности за их нарушение (Osman – v – UK). Внутренняя система права также должна представлять основу для использования законной силы, что допустимо в соответствии со Статьей 2(a)-(c). Эти законы должны отвечать требованиям «абсолютной необходимости». Однако законы, предусматривающие применение силы, не должны давать властям такие широкие полномочия, которые могут привести к летальному исходу в той степени, в которой это могло бы быть расценено как иммунитет в случае убийства (McCann – v – United Kingdom).

Бремя и стандарты доказывания, необходимые для установления ответственности Государства за незаконное лишение жизни

Статья 2 призвана защищать от незаконного лишения жизни. В случаях, когда Государство несет ответственность за незаконное лишение жизни, совершенное одним или более служащими, Государство нарушает Статью 2. Зачастую сложность заключается в доказывании того, что именно Государство несет ответственность за наступившую смерть. Таким образом, Суд часто констатировал нарушение Статьи 2 не в силу того, что власти были ответственны за наступление смерти, а в силу того, что они не предоставили соответствующую защиту лицу до факта его убийства или не провели адекватное расследования по факту ее/его смерти.

Суд установил, что для определения, виновно ли Государство в лишении жизни человека, необходимо доказать его виновность в соответствии со стандартом доказывания «выше разумного сомнения» (See e.g. Orhan – v – Turkey). Суд также установил, что:

Достижение необходимого уровня доказательств может определяться сосуществованием достаточно сильных, понятных и согласованных выводов или неопровержимых предположений (Tanrikulu – v – Turkey, para 97).

Однако доказательная ценность таких заключений или неопровержимых предположений должна быть рассмотрена в свете обстоятельств каждого конкретного дела, серьезности и природы обвинений, которые выдвигаются. Если события полностью или в большой степени известны исключительно властям, как, например, в случае содержания человека под стражей, существует четкая презумпция вины Государства при получении травм или смерти в заключении. В этом случае бремя доказательства возлагается на власти, которые должны предоставить удовлетворяющие и убедительные объяснения произошедших фактов (See Salman – v – Turkey; Cakici – v – Turkey; and Timurtas – v – Turkey).

Лица, содержащиеся под стражей, находятся в очень уязвимом положении, и на власти возложено обязательство обеспечить соблюдение их прав (Salman – v – Turkey). В случае, когда человек, заключенный под стражу в хорошем состоянии здоровья, позднее умирает, на власти возлагается обязанность предоставить правдоподобные объяснения событий, приведших к его смерти. Непредставление подобных объяснений ведет к установлению ответственности властей за эту смерть (Anguelova – v – Bulgaria). В случае наступления смерти в заключении существует четкая презумпция вины государственных органов.
Аналогичные выводы можно сделать, если Государство без веской на то причины не предоставляет материалы, запрошенные Судом (Orhan – v – Turkey). Этот принцип должен распространяться и на национальные судебные процедуры, касающиеся Статьи 2.

При наличии свидетельств, что кто-то был взят под стражу, а затем исчез, Суд признает, что отказ Государства сообщить о судьбе этого человека, при отсутствии его тела, может составить нарушение Статьи 2. Хотя это зависит от обстоятельств (Tas – v – Turkey), так как должны существовать относимые косвенные улики, основанные на конкретных элементах, позволяющие уверенно утверждать, что задержанный умер, находясь под стражей.

Обязательство привлекать к ответственности за незаконное лишение жизни

Для предотвращения фактов безнаказанного лишения жизни как со стороны государственных служащих, так и частных лиц Государство должно обеспечить адекватный уровень ответственности во всех случаях незаконного лишения жизни. Практика Суда, касающаяся обязательств проводить расследование по факту незаконных убийств, говорит о том, что должны быть законы, не только предотвращающие незаконное лишение жизни, но и предусматривающие наказание виновных в незаконном лишении жизни (See Shanaghan – v – United Kingdom, и ниже – Природа и цели расследования). Но наказание для большинства членов Совета Европы не должно включать смертную казнь за убийства, совершенные в мирное время (See Protocol 6 Article 1).

(3) Защита лиц, чья жизнь находится под угрозой

Лица, обращающиеся к властям за защитой

Суд считает, что согласно Статье 2 от Государства может потребоваться предпринять шаги для охраны жизни лиц в рамках своей юрисдикции. Кроме того, от Государства могут потребоваться действия в отношении особых личностей. Суд полагает, что это может подразумевать:

в особых четко определенных обстоятельствах позитивные обязательства властей предпринять превентивные оперативные меры для защиты тех, чья жизнь подвергается риску (Osman – v – United Kingdom, para. 115).

Однако Суд признает, что подобные обязательства должны интерпретироваться таким образом, чтобы не накладывает на власти чрезмерное или невозможное бремя. Следовательно, не каждый заявленный риск жизни означает обязанность Государства принимать оперативные меры с тем, чтобы этот риск предотвратить. Более того, государственные органы, такие как полиция, должны использовать свои полномочия только в установленных рамках, которые устанавливают законные ограничения их полномочий, например, расследование преступление и передача преступников в руки правосудия.

Позитивные обязательства Государства принимать превентивные меры для защиты отдельных лиц и групп лиц могут возникнуть в случае, когда власти знали или должны были знать о существовании «реального и непосредственного риска для жизни определенного лица или группы лиц, вызванного преступными действиями со стороны третьих лиц». Если в подобных обстоятельствах власти не приняли меры в рамках своих полномочий, которые бы помогли избежать этого риска, существует нарушение права на жизнь. Суд установил, что заявитель должен лишь доказать, что власти не сделали того, чего было бы разумным ожидать в целях избежания реального и непосредственного риска для жизни, о котором они знали или должны были знать (Osman – v – United Kingdom, para. 115).

Лица, находящиеся на грани самоубийства или убийства со стороны третьих лиц в заключении

Позитивные обязательства 'защищать жизнь' относятся к людям, находящимся в заключении. Что касается риска самоубийства, Суд установил, что тюремные власти, исполняя свои полномочия, должны выполнять свои обязанности, основываясь на неотъемлемости прав и свобод лиц, склонных к самоубийству. Существуют общие меры предосторожности, позволяющие снизить риск причинения вреда самому себе без посягательства на свободу личности. Ответственность Государства возникает при существовании реального и непосредственного риска самоубийства, о котором тюремные власти знали или должны были знать. Что касается опасности со стороны других заключенных, ответственность Государства возникает в случае убийства одного заключенного другим в условиях, когда тюремные власти знали или должны были знать о существовании реальной и непосредственной угрозы жизни одного заключенного со стороны другого или других ( Edwards – v – United Kingdom).

Ситуация с детьми, находящимися на попечении Государства, в приемных семьях или в детских домах, аналогична ситуации с лицами, находящимися под стражей. В подобных ситуациях дети особенно беззащитны. Тем не менее является спорным, что Государство несет такую же ответственность в отношении детей, находящихся на его попечении.

Защита лиц от загрязнения окружающей среды

Суд признает, что обязательства по Статье 2 могут распространяться на ситуации, в которых власти вовлечены в действия, которые могут поставить жизни людей под угрозу (LCB – v – United Kingdom).

Другие позитивные обязательства, отстаиваемые заявителями

Права нерожденного ребенка

Вопрос о том, распространяется ли право на жизнь, закрепленное в Статье 2 Конвенции, на жизнь нерожденного ребенка возникает в контексте дел, касающихся абортов. Предоставляя Государствам некую свободу усмотрения в отношении законов, разрешающих аборты при определенных обстоятельствах, Комиссия постановила, что Статья 2 в определенных обстоятельствах может быть применена в отношении нерожденных детей (H – v –Norway).

Право на медицинское обслуживание

Одним из предметов обсуждения было то, что Статья 2 требует от Государства предоставления соответствующего уровня медицинского обслуживания лицам, находящимся под его юрисдикцией. Суд еще не рассматривал дела на этом основании в соответствии со Статьей 2, но ранее существовавшая Комиссия приняла ряд решений, предполагающих, что могут существовать реальные вопросы для обсуждения в рамках Статьи 2. Комиссия безоговорочно признает, что Государство несет определенную ответственность в отношении медицинского обслуживания в соответствии со Статьей 2.

Суд, однако, изучил вопрос медицинского обслуживания в контексте жалоб, поданных лицами, страдающими серьезными заболеваниями, пытающимися избежать высылки из государства-участника Конвенции в другое государство, где он/она вряд ли получит соответствующее медицинское обслуживание. Тем не менее Суд склонен рассматривать такие дела в соответствии со Статьей 3, нежели Статьей 2 (See D – v – UN (1997) и трейнинг Interights на тему запрета пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения)

Право на смерть

В недавно рассмотренном деле Pretty v UK обсуждался вопрос о том, что право на жизнь включает право на смерть. Заявительница умирала от тяжелой болезни, которая была причиной паралича всего тела от шеи и ниже. Люди, страдающие этим заболеванием, которое не лечится, обычно умирают от удушья, когда их легкие перестают функционировать. Заявительница хотела, чтобы ее муж мог помочь ей совершить самоубийство в любое время по ее желанию. Но ее муж не мог ассистировать ей без риска быть привлеченным к уголовной ответственности.

Суд последовательно отмечает в делах, рассматриваемых по Статье 2, обязанность Государства защищать жизнь. Приведенные заявительницей аргументы основывались на том, что Суд допускает негативные аспекты права на свободу ассоциаций (Статья 11), включая право не вступать в ассоциацию. Соответственно Суд должен в том же ключе интерпретировать и Статью 2. Суд отметил, что слово «свобода» во фразе «свобода ассоциаций» предполагает некоторый выбор в ее осуществлении. Суд констатировал, что Статья 2, тем не менее, сформулирована иначе:

Она не имеет ничего общего с качеством жизни или тем, что человек намерен сделать со своей жизнью (para. 39).

Суд пришел к выводу о том, что Статья 2 не может быть интерпретирована как присваивающая диаметрально противоположное право, называемое «право на смерть».

III ТРЕБОВАНИЯ ПРОЦЕДУРЫ

Обязательство проводить расследование

Природа и цели расследования
Суд установил, что общий юридический запрет на произвольное лишение жизни государственными органами будет неэффективен, если на практике не существует процедуры контроля за законностью использования силы, которая потенциально может привести к летальному исходу. Обязательность расследования также касается случаев исчезновения жертв после заключения под стражу (Tas – v – Turkey). Расследование также обязательно, если заявление об исчезновении подтверждается доказательствами, что лицо, которое последний раз видели в заключении в государственном органе, после этого исчезло при обстоятельствах, угрожающих жизни (Cyprus – v – Turkey).

Государство может быть признано виновным в нарушении Статьи 2 в связи с неисполнением обязательств по расследованию, даже если заявитель не смог представить доказательства того, что человек был преднамеренно лишен жизни государственными служащими (Yasa – v – Turkey). Сам факт отсутствия адекватного расследования является достаточным основанием для нарушения Статьи 2.

Цель расследования фактов лишения жизни – обеспечить эффективное исполнение национальных законов, гарантирующих право на жизнь, когда вовлечены государственные служащие или органы, а также обеспечить контроль в случаях смерти. (Kelly – v – UK). Расследование должно быть «тщательным, беспристрастным и точным» (Velikova – v – Bulgaria). Оно также должно быть эффективным в том смысле, что должно привести к определению, было ли применение силы в данном случае оправдано или нет и к установлению и наказанию виновных. Обязательство проводить эффективное расследование означает не только получение результата, но и процесс его проведения (Shanagan – v – united Kingdom).

Расследование имеет своей целью дать необходимую защиту в доступном и эффективном виде. При отсутствии эффективного расследования должны быть доступны правовые средства обжалования (См. тренинг Interights на тему права на эффективные средства в соответствии с Европейской Конвенции по правам человека).






Обязанность проводить расследование на основе полученной информации о незаконном убийстве и заявлении об исчезновении лица, находившегося под стражей

Суд установил, что факт того, что власти проинформированы об убийстве, само по себе приводит к возникновению обязательств в соответствии со Статьей 2 – проводить расследование (Yasa – v – Turkey). То же применимо в отношении покушения на убийство (Yasa – v – Turkey). В случаях обвинения государственных служащих в незаконном лишении жизни расследование должно проводиться в условиях 'прозрачности'. Суд признал это необходимым для поддержания общественного доверия и удовлетворения законных интересов, которые могут возникнуть в результате применения силы, которое привело к летальному исходу (Shanaghan – v – UK, Jordan – v – UK, McKerr – v – UK и Kelly – v – UK).

Обязанность проводить расследование по факту использования силы, которая потенциально может привести к смерти

Обязанность проводить расследование существует не только в случае, когда результатом использования силы явилась смерть. Суд утверждает, что в случаях, когда сила была применена для попытки совершения убийства, власти также обязаны провести эффективное расследование (Yasa – v – Turkey). Жертва имеет право, чтобы расследование в этом случае было проведено на том же уровне, что и расследование в отношении тех, кто умер в результате полученных ранений.

Обязанность проводить расследование и бороться с терроризмом

Расследование должно быть проведено, даже если смерть причинена в результате борьбы против сепаратистов, террористов и т.д. Суд считает, что Государство не освобождается от своих обязанностей по расследованию в таких обстоятельствах, так как «иначе это еще более обострит обстановку безнаказанности в регионе и таким образом создаст порочный круг» (Yasa –v – Turkey, para. 104).

Обязанность проводить своевременное расследование

Расследование должно проводиться должным образом и в разумные сроки. Расследование фактов использования силы, приведших к смерти, организованное должным образом, является важным моментом в поддержании общественного мнения, что власти привержены ценностям правового государства, и предотвращают сговор между государственными служащими, и выражают нетерпимость к незаконным действиям (Jordan – v – United Kingdom). В случаях, когда начатое судебное разбирательство постоянно откладывается и переносится, оно не отвечает требованиям разумного срока. Суд считает, что в случае, когда слушание дела переносится в течение длительного срока и это признается оправданным в интересах соблюдения процессуальных гарантий в отношении семей больных, встает вопрос о том, отвечает ли такая система расследования требованиям быстроты и доступности (Kelly – v – United Kingdom).

Обязанность обеспечить доказательства

Власти должны предпринимать все необходимые шаги, способствующие сбору доказательств, касающихся всех фактов незаконного лишения жизни. Суд отказался установить определенный перечень процедур, которые власти обязаны осуществить для обеспечения должного расследования обстоятельств незаконного лишения жизни. Тем не менее власти должны предпринять все необходимые действия для получения доказательств, касающихся происшедшего, включая:

· Соответствующие судебные доказательства, в том числе баллистические экспертизы в случаях использования огнестрельного оружия (Jordan – v – United Kingdom);
· Допросы офицеров, арестовывавших жертвы, в частности, о состоянии здоровья жертвы на момент ареста (Velikova – v- Bulgaria);
· Допросы и показания свидетелей, включая офицеров полиции, вооруженных сил и д.т., принимавших участие в операции, в результате которой был убит человек (Shanaghan – v – United Kingdom);
· Изъятие пуль, поразивших жертву (Tanrikulu – v - Turkey;
· Вскрытие, проведенное квалифицированными врачами (Tanrikulu – v – Turkey), на основании которого дается полное и точное заключение о характере ранения и объективный анализ клинических данных, включая причину смерти (McKerr – v – United Kingdom), предположительное время нанесения ранений и смерти (Velikova – v- Bulgaria);
· Положение свидетелей в момент смерти;
· Схему места преступления;
· Полный отчет об использовавшемся оружии и отстрелянных гильзах (Gul – v – Turkey);
· Фотографии оружия на месте его расположения (Gul – v – Turkey);
· Анализ металла пуль и их фрагментов для идентификации производителя и поставщика и типа использовавшегося оружия (Gulec – v – Turkey);
· Проверку состояния рук подозреваемых на наличие следов, которые могут установить их связь с оружием, и проверку оружия на наличие отпечатков пальцев (Gul vs. Turkey);
· В случаях участия государственных служащих – отчеты об их использовании оружия и боевых припасов (Gul vs.Turkey).

Обязанность обеспечить общественный надзор за расследованием

Расследования или их результаты должны быть открыты общественному контролю для обеспечения прозрачности как на практике, так и в теории (McKerr – v – United Kingdom). Степень общественного надзора может варьироваться от случая к случаю. В отношении общественного контроля за расследованиями Суд постановил, что раскрытие или публикация полицейских отчетов и материалов расследования может отразиться на интересах отдельных людей или расследовании в целом, так как может предрешать дело. Соответственно это не может рассматриваться как непосредственное требование Статьи 2. Необходимый доступ общественности или родственников жертвы может быть обеспечен на других стадиях процедуры.

Обязанность обеспечить независимость и беспристрастность расследования

Расследование незаконного лишения жизни должно проводиться таким образом, чтобы обеспечить исследование всех аспектов. В случаях, когда государственные служащие замешаны в лишении жизни, следователи обязаны расследовать обвинения против них серьезно и в полном объеме. Недостаточно просто выяснить у обвиняемых, например, полицейских, их версию событий. Все свидетели, поддерживающие или опровергающие официальную версию событий, должны быть допрошены с целью установления истины.
Эффективное расследование незаконного лишения жизни представителями власти в целом требует, чтобы лица, проводящие расследование, были независимы от виновных и участвующих в этом деле лиц (McShane – v – United Kingdom). Это подразумевает не только отсутствие иерархической или институциональной связи, но и практическую независимость.

Обязанность объяснить причины отказа в возбуждении уголовного дела

Суд не обязывает государственные власти в категорической форме объяснять причины всех отказов в возбуждении уголовного дела в отношении незаконных убийств. Тем не менее Суд установил, что в случае, отказа от обвинения, когда расследование недостаточно независимо или по другой причине, отказ должен быть мотивирован. Более того, в практике Суда можно найти обязанность мотивировать причины, особенно в отношении широко известных дел для поддержания общественного доверия. В любом случае Суд считает, что причины должны быть объяснены, когда об этом просят члены семьи жертвы.

IV ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СИЛЫ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАТЬЕЙ 2


Использование силы, которая потенциально может привести к смерти

Статья 2(2) в исключительных случаях может подразумевать использование силы, которая потенциально может привести к смерти, но которая в действительности не привела к такому результату (Ilhan – v – Turkey). Уровень и тип использованной силы и недвусмысленное намерение или цель использовать силу могут, среди прочих факторов, являться критериями оценки того, должны ли действия, предпринятые государственными служащими, причинившими смертельные ранения, быть расценены как несовместимые с предметом и целью Статьи 2. В большинстве случаев плохого обращения с людьми со стороны полиции или солдат жалобы рассматриваются в соответствии со Статьей 3 Конвенции (запрет пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания) (См. трейнинг Interights на тему запрета пыток бесчеловечного и унижающего достоинство обращения).

Использование силы в случае «абсолютной необходимости»

Использование силы должно быть «абсолютно необходимо» для достижения цели, закрепленной в подпунктах (a)-(c). Как указано выше, это требует использования более строгого и обязательного критерия, чем критерий «необходимо в демократическом обществе», который применим в случаях, возникающих в соответствии с параграфом 2 Статей 8-11. В частности, используемая сила должна быть строго пропорциональна достигнутым целям (McCann – v – United Kingdom). Суд однозначно установил, так как Статья 2 защищает одно из фундаментальных прав, факты лишения жизни должны всегда самым тщательным образом проверяться. Это особенно актуально в случаях умышленного использования силы, которая привела к смерти.

Контроль и организация операций Государства, приведших к смерти

Использование силы государственными органами в соответствии со Статьей 2 может быть оправдано в случае, когда оно основано на искренней уверенности в благих целях, действительными на тот момент, которая впоследствии оказалась ошибочным мнением (McCann – v – United Kingdom). Иной подход может наложить невыполнимое бремя на Государство и сотрудников его правоохранительных органов, возможно, в ущерб их жизням и жизням других (Andronicou and Constantinou – v – Cyprus). Соответственно Суд обращает внимание не только на действия государственных служащих, использующих силу, но и на все сопутствующие обстоятельства, включая планирование и контроль таких действий. Цель этого – оценить, осуществлялось ли планирование и контроль за совершенными действиями в сложившихся обстоятельствах, предприняли ли власти соответствующие меры предосторожности для обеспечения минимизации риска для жизни, внимательно ли они отнеслись к выбору самих действий. Ответственность Государства может также возникнуть в случае убийства гражданского населения неприцельным огнем со стороны представителей государственных органов.

Ответственность за лишение жизни, совершенные солдатам, обученными убивать

Убийства солдатами, обученными убивать, автоматически не влечет нарушение Статьи 2. Суд критически относится к тому факту, что солдаты не обучались оценивать ситуацию, при которой лучше нанести ранение, чем убить в сложившихся специфических обстоятельствах, с которыми они столкнулись. Суд пришел к заключению, что рефлекторной реакции солдат в этом жизненно важном аспекте не хватает осторожности в использовании огнестрельного оружия, что ожидается от сотрудников правоохранительных органов в демократическом обществе, даже в случаях, когда дело касается подозреваемых в терроризме.

Суд изучает все факты, относящиеся к данному случаю; Суд не считает необходимым изучать, к примеру, статистические данные и отдельные доказательства с целью анализа инцидентов, имевших место в течение ряда лет с тем, чтобы установить, раскрывают ли они практику диспропорционального использования силы органами безопасности.

ДЕЛА, УПОМЯНУТЫЕ В ЭТОЙ РАБОТЕ
Akdeniz & Ors -v- Turkey, 31/05/2001
Akkoc –v- Turkey, 10/10/00
Andronicou and Constantinou –v- Cyprus, 09/10/97
Anguelova –v- Bulgaria, 13 /6/02
Association X –v- United Kingdom (Commission Report 1978)
Cakici –v- Turkey, 8/07/99
Cyprus –v- Turkey, 10/05/01
Edwards –v- United Kingdom 15/03/02
Ergi –v- Turkey, 28/07/98
GHH –v- Turkey, 11/07/00
Gul –v- Turkey, 14/12/00
Gulec –v- Turkey 27/07/98
H. -v- Norway, Commission decision of 19/05/1992
Hugh Jordan -v- United Kingdom, 14/03/2000
Ilhan –v- Turkey 27/06/00
Kaya –v- Turkey, 19/02/98
Keenan –v- United Kingdom 3/04/01
Keenan -v- United Kingdom, 03/04/2001
Kelly & Ors. -v- United Kingdom, 04/05/2001
Kilic –v- Turkey, 28/03/00
Kurt –v- Turkey 25/5/98
L C B –v- United Kingdom, 9/06/98
McCann & Ors -v- United Kingdom, 05/09/1995
McKerr -v- United Kingdom, 04/05/2001
McShane –v- United Kingdom, 28 May 2002
Orhan –v- Turkey 18/06/02
Osman -v- United Kingdom, 28/10/1998
Pretty –v- United Kingdom, 29/04/02
Salman -v- Turkey, 27/06/2000
Selcuk and Asker –v- Turkey 24/04/98
Shanaghan –v- United Kingdom, 4/5/01
Tanrikulu –v- Turkey, 28/07/99
Tas –v- Turkey, 14/11/00
Tekin –v- Turkey 9/06/98
Timurtas -v- Turkey, 13/06/2000
Velikova –v- Bulgaria, 18/05/00
Yasa –v- Turkey, 2/09/98